Последняя просьба умирающей дружбы

Часть первая

НЕЖДАННОЕ ПИСЬМО

 

Утро. Капучино в руках. За окном белый, нетронутый снег, отражающий лучи, слепящий глаза. Все как всегда. Но не сегодня.

 

Артем повернулся на звук открывающейся двери. В дом зашел человек в толстом вязаном свитере белого, как снег, цвета. Голова его была покрыта седыми волосами, которые сейчас блестели, а такая же пепельная бородка была покрыта инеем.

— Тебе посылка — сказал старик. Он положил какой-то сверток на стол и, уходя, добавил, — пахнет духами.

Наваждение. Знакомый запах. В почтовой коробке с сургучной печатью лежала книга, в которой было письмо. Глаза парня побежали по красиво выведенным строчкам:

«Привет, Артем. Наверное, я даже не достойна писать тебе это письмо, но по-другому не получилось. Не буду рассказывать о себе, так как вряд ли это будет интересно для тебя. Могу лишь только попросить прощения за то, что тогда произошло. Мне действительно не хотелось, чтоб все так получилось, прости, если сможешь…

Эта книга, которую ты сейчас наверняка держишь в руках — «Последняя просьба умирающей дружбы», именно та, которую ты оставил мне и просил напечатать когда-нибудь. Однажды, разбирая с сынишкой старые вещи, мы увидели записи, и я решилась все-таки исполнить эту просьбу. Надеюсь, название тебе понравилось.

 

Спасибо за то, что ты был. Еще раз прости. Прощай.

С любовью, Мария»

По щеке Артема покатилась слеза. В голове пронеслись кадры из прошлого. Он сел на диван и раскрыл книгу…

 

 

 

Часть вторая

КНИГА

«1…

Она сама назначила мне встречу на этот вечер в кафе рядом с моей работой, сказала, что хочет обсудить, что нам делать дальше. Я опасался окончательного разрыва, но также понимал, что в нашей ситуации он даже затянулся. Хоть и тяжело было это признать, но Анна меня не любит так, как любила раньше и не скрывает этого. Все рушилось так быстро, что нельзя было понять, как пойдут события буквально через час.

Из-за боязни опоздать на встречу, я подготовился раньше, чем было нужно: прогладил костюм, принял холодный бодрящий душ. В процессе обдумывал слова, фразы — все, что могло спасти ситуацию, или хотя бы ее не усугубить. Когда вышел во двор, то немного приостановился, чтобы оглядеть все вокруг и немного окунуться в воспоминания, ведь времени на это хватало.

Старый трехэтажный дом, в котором мне пришлось прожить вот уже почти три года, был произведением искусства: прошлым летом над ним поработал неизвестный художник, создав этому огромному зданию «камуфляж» легко сливающийся с лесом, находящимся сзади. Двор больше напоминал фруктовый сад с сооружениями в виде вешалок, качелей, перекладин и прочего, где попало. Данную неразбериху усеивали паутинки тропок, без которых вряд ли даже коренной житель мог бы найти свой дом.

Как-то не сливалось мое жилище с принципами, заложенными с детства: я привык к строгости форм, порядку, чистоте. Но мне здесь нравится жить, точнее — нравилось, пока душа и ум были заняты безумной любовью к девушке, а сейчас уже все не то. И люди какие-то черствые, и небо какое-то  хмурое,  и лес уже не живой, как раньше. А как же было все хорошо сначала… И все это связано с Анной.

В кафе я оказался чуть раньше, чем было нужно, но это не страшно, даже наоборот — хорошо, можно было подготовиться. Чтобы ожидание прошло легче, пришлось заказать чашечку кофе. Заказ был на столике уже через пару минут. Пар, который поднимался над горячим напитком, создавал изумительные образы, как бы копируя их из моей памяти: вот первая встреча, вот первый робкий поцелуй и самые крепкие объятия, это прогулка под дожем, когда мы бежали, промокшие до нитки, до укрытия, где слились в поцелуе. Это была не та жизнь, которая маячила перед глазами сейчас.

Завороженный я даже не заметил, как пришла Анна

— С тобой все в порядке, Артем? — обратила на себя внимание моя возлюбленная. Я даже немного растерялся от неожиданности, но тут же спохватился:

— Прости, Анют, отвлекся на размышления, — я жестом привлек внимание официанта, чтобы тот принес еще кофе для девушки, — как доехала?

— Сегодня, как ни странно, без проблем. А ты чего свой кофе не пьешь? Остынет же.

— Он просто напоминает мне… то есть… Пар, поднимающийся над этой черной бездной, вдохновляет. Кажется, что у него есть жизнь… другая, совершенно не касающаяся нас, но в которой есть смысл, понятный каждому по-своему. Это живое существо, которое хранит много тайн, и находит их только тот, кто искренне хочет их найти, кто пропустил само желание через свою душу.

— Артем, ты все тот же маленький философ, который не хочет взрослеть! Тебе же двадцать один! Когда мы с тобой познакомились, я была уверена в твоей серьезности, думала, что ты будешь примером для всех, что мне не стыдно будет с тобой сходить в клуб, погулять у друзей, а что получила? Ребенка, который еще не изучил мир вокруг себя, зануду, который не может выпить на вечеринке, чем оскорбляет моих близких, потому что трезвенник? Ты все испортил! Не смог дать то, чего я ожидала! Как бы тяжело мне сейчас не было, эта ситуация вынуждает меня с тобой распрощаться.

Этот ее вопрошающий взгляд уже было начал мне надоедать, но она, поняв, видимо, что я на это ничего не отвечу, встала и направилась к выходу, пытаясь идти твердо, показывая несуществующую уверенность. Анна так громко говорила, что все посетители сейчас уставились на меня. Кто-то смотрел с пренебрежением, кто-то с сочувствием, но каждый был удивлен. Конечно, не часто можно увидеть такой разрыв отношений и при этом полное равнодушие брошенного.

Когда моя уже бывшая девушка ушла, я решил все же выпить свой кофе, расплатился и отправился домой. Данная сцена не произвела на меня впечатления, только на душе стало немного легче, настроение приподнялось, хотелось теперь жить и веселиться. Хотя на самом деле так казалось только вначале. Наверное, это была защитная реакция, чтобы не свихнуться сразу.

Уже войдя в квартиру, я понял, у меня больше нет никаких целей, ничего не хочется, жизнь стала скучной и ничтожной. Улегшись так, в костюме, на кровать, уснул.

…2…

Утром было немного легче, или, скорее всего, просто стало все понятно. Жизнь должна идти своим чередом, люди приходят и уходят, а мы остаемся, и, что бы ни произошло, нужно как-то жить. Пусть потоскую какое-то время, но ведь когда-то точно отпустит, и все наладится, лишь только перетерпеть.

Две недели прожил, как зомби, шатаясь между домом и работой. Старался прятаться от людей, чтоб не видели мое лицо, которое не выражало никаких эмоций, оно было мертвенно бледным, под глазами виднелись синяки. Можно было понять только по походке, что в жизни произошло что-то такое, что выбило из колеи. Телефон мой молчал, друзья не вспоминали, хотя, возможно, не хватало как раз их поддержки. Но что сказать, у них ведь тоже есть своя жизнь, свои заботы, да и не прознали они еще, что меня все-таки бросила Анна.

Что бы что-то изменить, я решил сменить место жительства. Теперь поселился в центре города недалеко от своей работы, в частном доме, который сдавала пожилая женщина. Она предложила мне последующий выкуп этого участка, и я сказал, что подумаю над ее предложением, но уже через пару дней был почти уверен, что стоит только собрать необходимую сумму, и мы совершим эту сделку. Кстати и цена оказалась достаточно низкой для наших мест, что еще больше мотивировало меня на эту покупку, но денег пока не было.

С переездом жизнь немного наладилась. Я уже по-другому увидел этот мир, стал прогуливаться по окрестностям, чтобы изучить все и заодно развеяться. На работе восстановились контакты, продуктивность увеличилась,  и начальник решил повысить мне зарплату, что очень порадовало. Однажды в город приехал давний друг, с которым выросли в одном дворе, прошли через многое, но потом разлетелись кто куда. Теперь мы поддерживали связь и изредка встречались, и каждая встреча была для нас долгожданной.

От нехватки общения мне пришла в голову мысль — зарегистрироваться в какой-нибудь социальной сети. Сейчас пошла такая мода, что лишь двое из пяти не имели аккаунтов хоть на одном из сайтов. Это был шанс окончательно избавиться от тоски, которую время от времени нагоняли воспоминания об Анне. Как бы все хорошо ни шло, она мне все еще снилась, приходили каждый вечер мысли, становилось тяжело на душе и хотелось исчезнуть, чтобы только не чувствовать этого всего.

Поначалу как-то все было ново, непонятно, порой, даже скучно, но, чуть освоившись, я стал замечать, что меня затягивает, и хочется уже выходить в сеть все чаще. Появились новые знакомые, с которыми было интересно обмениваться сообщениями. Я нашел таких людей, с которыми было интересно побеседовать, иногда даже поспорить. А однажды мы решили даже встретиться в кафе, чтобы познакомиться поближе.

В кафе собрались не все, кто хотел прийти, но было приятно уже то, что кто-то смог выбраться. Знакомство прошло на ура, сразу появились темы для разговоров, обсуждений, каждый нашел собеседника по душе. Я разговаривал с Николаем, с которым хорошо общался и в сети. Этот мужичок, лет пятидесяти был для меня очень интересен, да и он, не смотря на разницу возрастов, проявлял интерес ко мне. Вот с кем поистине можно было хорошо поговорить. Сейчас мы обсуждали мой разрыв, после которого хоть и прошло почти два месяца, но глаза показывали, будто это произошло буквально вчера.

— Видно, Артем, что ты крепко влюбился в нее и все никак не отпустишь. Так же нельзя, поверь мне, старику, к хорошему это не приведет, надо бы тебе с кем-то пообщаться, развеяться, заполнить опустевшее место какой-нибудь приятной особой.

— Было бы это так легко. Если Вы понимаете, к чему все идет, то также должны понимать, как сложно что-то изменить. Уже прошло на самом деле достаточно времени, а я даже не могу думать о том, чтобы завести новые отношения: как-то уже свыкся с тем, что есть та единственная, которая уже принадлежит мне и никого добиваться больше не нужно. А теперь что? Начнется та же суета: первое впечатление, потом знакомство поближе, понимание друг друга. Я ведь даже не помню, как это делается. Это… кажется таким сложным.

— Да, друг мой, это я тоже понимаю. Вот что я тебе скажу, у меня дочь есть, хорошенькая такая, на два года младше тебя, вся в отца пошла, такая же умница. Порой даже сам удивляюсь, как легко мне удается найти с ней общий язык. Только все у нее как-то не ладится с друзьями, слишком уж умная, чувствуют люди себя рядом с ней как-то униженно. Ей бы друга хорошего, а тебе вот подруга нужна. Ведь вижу, что вы поладите, а там, гляди, понравитесь еще. — Николай сделал такое лицо, будто он ребенок, который просит  у мамы купить игрушку. Эта его затея мне как-то не понравилась, но я почему-то загорелся. Просто было как-то боязно, даже не знаю, почему. — Ты, Артемка, даже не вздумай отнекиваться, завтра же приглашаю тебя ко мне в гости, и чтоб без торта не приходил, понял меня?

— Ну что ж, я просто не могу отказать такому хорошему человеку

— Вот и хорошо. Только ты оденься прилично: костюмчик, галстучек, туфельки. — С какой-то насмешливой интонацией проговорил мой собеседник. —  А сейчас прошу меня простить, я покину тебя, мне уже пора, увидимся завтра.

На этом мы попрощались. Чувствуя, что я уже устал, отправился домой, поблагодарив всех за этот вечер.

Путь к новому дому был уже достаточно привычным. Среди окружающих мое жилье сооружений, мое выделялось своим особенным внешним видом. Сам домик стоял далеко от ограды, и перед ним растелился красивый сад, усеянный цветами, искусственными озерцами и фонтанчиками. Все это, как рассказала мне однажды хозяйка, сделала она с мужем, который умер два года назад. Этот изумительный маленький мир был хорошим воспоминанием для нее, но все же ей хотелось отсюда поскорее уехать, отправиться в путешествие, которым и закончится ее жизнь. Такое обещание дали друг другу супруги, но немного не успели.

«Этот забор был выкован моим мужем вручную на его кузне, когда он был молод. — Рассказывала мне старушка. — Тогда мы так старались выделить свое жилище. Это сейчас на выбор любой материал и сложно найти два одинаковых участка, а в наше время было не так. Этот дом, который мы построили на развалинах старого, тоже возвел Михаил. Я помогала ему, как могла, было тяжело вдвоем, но ведь справлялись. Потом, когда появились дети, то решили еще и украсить его, теперь, как ты видишь, часть дома окрашена, но краска побледнела от времени и ничего почти не различишь. И не нужно никому это… Дети разлетелись по миру и редко вспоминают, а приглашать домой много гостей уже не получается — возраст не тот, да и мало, кто остался.» — Женщина рассказывала легко, без волнения, даже с неким облегчением, а я тем временем оглядывался и по-новому изучал все, что теперь меня окружает.

Соседние дома были обнесены высоким сплошным забором. И что можно было там прятать? Вряд ли какие-нибудь ценности или изумительную красоту, скорее наоборот — сор, за который стыдно, но убирать не хочется. Я же теперь решил наверняка, что куплю участок и верну ему былой вид, возобновлю изъеденные временем красоты. Даже решился взять кредит. Хозяйка была рада такой моей решительности и нередко обсуждала со мной план своих путешествий, в которые отправится, когда мы с ней заключим все договора.

Я прошелся по саду, прислушиваясь к журчанию воды и наслаждаясь этим удивительным легким ароматом цветов. Утомленный сегодняшним вечером, сел на скамью под раскидистым низким деревцем, чтобы полюбоваться закатом, который принесет вскоре приятную прохладу, а вместе с ней новый поток энергии.

…3…

С работы пришлось отпроситься немного пораньше. Все равно заказов больше не было, да и праздничный день, мало, кто сейчас занят строительством. Мой начальник меня понял и отпустил — действительно хороший мужик, всегда можно положиться на него. Окрыленный мыслями о сегодняшней встрече, я чуть было не бежал домой. И все-таки появился у меня какой-то интерес к этому предстоящему знакомству.

Как и просил Николай, я оделся достаточно прилично, возможно, даже немного преувеличил: белый строгий костюм, туфли, барсетка. Всегда мне нравился такой стиль одежды, но окружающие этого не понимали, хоть и умилялись таким видом.

Не было большой сложности найти дом, куда меня пригласили на вечерний ужин. Такой же выделяющийся среди остальных своей неповторимостью, как и его хозяин: двухэтажное сооружение с интересной крышей, по стенам которого плетется какое-то вьющееся растение, усыпанное цветами, заполняющими воздух приятным запахом. Низенький кованый заборчик был лишь украшением, и не создавал преград. На соединяющих столбиках были установлены фонари причудливой формы. Небольшой ухоженный палисадник.

Я подошел к дому минута в минуту. Даже не пришлось звонить в звонок, потому что Николай открыл дверь и пригласил меня зайти, отметив мою пунктуальность.  Внутри оказалось еще прекрасней, чем я ожидал: изобилие комнатных цветов, картин, фотографий, книг почти на каждой полке и осветительных приборов поражало. Было более чем приятно окунуться в мир, полный искусства.

— Не стесняйся, Артемка, будь, как дома. Осматривайся пока здесь, а я отвлекусь на минутку. Думаю ведь, что ты не потеряешься. — Николай подошел к лестнице, ведущей наверх, и совсем не по возрасту ловко пробежался по ней. Видно было, что он был рад, будто парень, который добился положительного ответа девушки на приглашение в кино. Я далеко решил не отходить, ибо и здесь нашел интересные вещи, которые хотелось рассмотреть.

Первое, что привлекло мое внимание — раскидистый цветок на подставке в углу комнаты, над которым висела картина с изображением красивого луга, на котором резвилась маленькая девочка лет шести. Я задумался, точнее сказать — вовсе перестал думать, поэтому стало большой неожиданностью, когда услышал женский голос:

— Это я — маленькая. Папа попросил знакомого художника, чтобы тот написал эту картину для нашего дома. По-моему работа шикарная, — она повернулась ко мне и улыбнулась. Я долго смотрел в глаза девушке, неспособный что-либо сказать или сделать, а та в свою очередь мило глядела на меня, явно понимая, в каком положении я нахожусь — к тому же хорошо вписывается в общий интерьер.

— Я… ах да, конечно, работа просто изумительная. Даже не заметил, как  Вы подошли, меня завлекла картина и… — «Боже, что я несу?» пронеслось в моей голове. Конечно, не хотелось попадать в неловкие ситуации, но… я уже оказался в ней и не придумал ничего кроме как представиться. — Меня Артем зовут, я знакомый Вашего отца, а Вы…

— Мария. Лучше просто Маша. Папа про Вас рассказывал, Вы ему симпатичны. Он даже однажды сказал, что впервые встретил такого интересного молодого человека. Мне вот стало интересно, кого пригласили к нам на ужин, и отправилась на поиски, хоть отец и просил меня не спешить с этим. — Девушка говорила открыто, без единой капли растерянности, будто бы ей уже не единожды приходилось со мной видеться, или же она привыкла к встречам с незнакомыми людьми. Так или иначе, это позволило мне тоже открыться и стать чуточку решительнее.

— Да, мне посчастливилось стать гостем в таком удивительном доме у уважаемого человека. Несомненно, это прибавляет уверенности в том, что я не какой-нибудь простак! — это прозвучало вызывающе и тем временем насмешливо. Моя собеседница сначала немного прищурилась, что показывало ее желание найти слова в ответ моим, но она просто засмеялась, не выдержав моего выжидающего взгляда. Я тоже засмеялся.

— Вижу, ваше знакомство уже состоялось, — прервал нас Николай, спускавшийся по лестнице. — Прости за задержку, Артем, важный телефонный разговор. Прошу вас пройти за стол, ребята.

Я направился вслед за Машей, которая жестом показала, что идти нужно за ней. Мы прошли по коридорам и оказались в большой столовой, где уже находился Николай («Как же он так быстро перемещается по дому?») и его жена.

— Знакомься, Артем, это Татьяна, моя супруга, с которой мы прожили в любви и согласии уже двадцать семь лет. — Передо мной стояла, обнявшись, счастливая семейная пара: высокий широкоплечий мужчина с коротенькой бородкой цвета кедрового дерева и маленькая женщина, больше походящая на дочь, нежели на жену.

— Для меня большая честь познакомиться с Вами и вашей семьей, спасибо за такое приглашение — чуть растерянно проговорил я.

—  Прошу к столу, дорогие мои — пригласила нас Татьяна.

Этот вечер оказался даже более интересным, чем  я ожидал. Я узнал много нового об этом городе, людях, интересных местах в округе, сам рассказал о себе, о своей далекой малой Родине. Познакомился ближе этой семьей. Время текло как неудержимая горная река. Мы даже не заметили, как наступила полночь.

Домой меня в такой поздний час не пустили, ссылаясь на неспокойное время, и предложили постель в одной из комнат для гостей на втором этаже. Отказаться было невозможно, поэтому я остался, и мы с Николаем продолжили беседовать за столом, когда женщины уже отправились в свои спальни.

Мой друг все-таки спросил немного погодя, какое впечатление осталось у меня о Марии. Я не дал ему  конкретного ответа, заметив лишь, что она действительно умна и красива. На этом мы закрыли данную тему и принялись за рассказы из детства.

Этим вечером я почувствовал себя новым членом этой прекрасной семьи — семьи Дубных. Как же хорошо, что все так повернулось.

…4…

Теперь у меня появились настоящие друзья в этом городе. Те, кто был до, исчезли после того, как произошел разрыв с Анной, которую почти удалось забыть. Попросту уже не было времени ее вспоминать теперь: работа, новый собственный дом, нуждающийся в реставрации, частые вечера у Дубных.

Работа стала доставлять огромное удовольствие. Каждый, населяющий этот городок человек был, если не родным, то просто близким мне. Я просто привык к ним — к этим улочкам, зданиям, садам, лесу, озеру. Стал замечать, какая погода на улице,  радоваться и дождю и Солнцу, видеть расцветающие сады, чувствовать эти ароматы. В общем — слился с этими местами, полюбил их.

Дом я выкупил и уже давно принялся его восстанавливать. Решил начать изнутри, но уже были планы по работам снаружи. Хорошо, что работал я на строительном складе, было несложно добывать материалы и недорого. Начальник тоже помогал, чем мог.

С Марией мы пока общались немного отстраненно. Я все же не чувствовал никакого влечения, да и она вряд ли  что-то подобное ощущала. Мы просто иногда общались, когда я был в гостях, этим и ограничивались. Но однажды произошло то, что сдружило нас очень близко.

Когда я зашел в дом Дубных, то никого не заметил. Подумав, что кто-нибудь может находиться на втором этаже в гостиной, поднялся по лестнице и услышал приглушенный плач. На диване лежала, уткнувшись в подушку, Маша.

— Что случилось, Маша? — спросил я, когда сел рядом. Она привстала и попыталась успокоиться. Ее большие красивые глаза цвета неба сейчас были воспалены, румяные щечки испачканы потекшей тушью. Ей было тяжело говорить.

— В колледже нет ни одного человека, который бы со мной общался и уважал кроме преподавателей: ссылаются на то, что «слишком уж умная». А что поделаешь, если мне хочется получать знания как на занятиях, так и в свободное время, а все эти люди только и знают, что гуляют и потом делают пакости «ботаникам». Уже сколько мне пришлось перетерпеть от них, и нет никакой возможности противостоять.

Сегодня на паре я должна была показать презентацию. Все было подготовлено заранее, преподаватель ознакомилась с материалами и допустила работу к показу, и сказала, что загрузит сама ее на компьютер. Она же все просмотрела при мне: от и до! — последние слова Мария уже прокричала и тут же зарыдала, закрыв лицо ладонями. Я обнял ее и подождал, пока она снова успокоится. — Я начала презентацию в начале пары, все, как это ни странно, сидели тихо, а когда включился видеоматериал, то на экране вместо нужного видео появился порноролик. Переключение происходило автоматически, поэтому выключить удалось не сразу.

Я как-то перетерпела то, что вся аудитория залилась смехом. Конечно, преподаватель поняла мою непричастность, но такое отношение всей группы ко мне не дает так легко это перенести. Просто не знаю, что делать… — с последними словами на глаза Марии снова навернулись слезы. Она уткнулась лицом мне в плечо и зарыдала. Я прижал ее к себе сильнее, пытаясь успокоить.

Просидев так несколько минут, Маша уснула, а когда мне стало неудобно в таком положении, то я уложил ее осторожно, чтоб не разбудить, и собрался уходить, но почувствовал, как ее легкая слабая ладонь держит меня за руку.

— Прошу, Тём, не уходи…

Она не хотела оставаться теперь одна в этом огромном мире, а кроме меня никого не оказалось рядом. Я лег возле нее и так уснул через какое-то время.

 

 

 

…5…

Проснулся я только утром. Маша сладко спала у меня на груди. Ее лицо выражало полное спокойствие и умиротворенность. Только лишь губы ее время от времени растягивались в милую улыбку. Скорее всего, ей снился хороший сон.

На первом этаже была какая-то суета. Николай и Татьяна давно, наверное, встали и сейчас были чем-то заняты. Мы с Марией точно были  уже обнаружены родителями Марии, значит, не избежать расспросов ее отца о наших отношениях, которые, как мне все еще казалось, так и останутся просто дружескими.

Хотя, как получается в действительности? Если задуматься, то можно понять, что мне дорога эта девушка, но, наверное, не как возлюбленная, с которой хочется прожить всю жизнь, а как друг, как человек, которому нужна помощь именно от меня. Она нуждается во мне так же, как и я в ней только потому, что оба по-своему одиноки. И разве ж я могу полюбить сейчас, когда еще не совсем оклемался от прошлого? Все не так просто, как кажется.

Маша проснулась, пока я размышлял. Она подняла голову, чтобы увидеть мое лицо, улыбнулась сначала, а потом засмеялась. Смех ее был звонким и чистым, будто бы вчера ничего и не произошло.

— Представляю, что подумали уже про нас родители! — все так же весело произнесла Мария. — Тебе точно не отбиться от их вопросов, дружище, придется спасать. — Девушка встала и пошла в свою комнату.

Полежав пару минут и не дождавшись Маши, я тоже встал с дивана и отправился на первый этаж, чтобы увидеть супругов Дубных. Они находились на кухне и готовили завтрак.

— Артемка, доброго утра! — увидела меня Татьяна, — завтрак почти готов, зови Машу к столу. — «Повара» просто излучали счастье! На их лицах была улыбка, глаза сверкали. Даже атмосфера в доме была какая-то праздничная.

Через несколько минут мы сидели за столом и обсуждали последние новости из жизни каждого из нас. Маша делилась своими успехами в колледже, скрыв вчерашний инцидент. Все это время она поглядывала на меня, показывая, чтоб я не проговорился.

На этот раз, наверное, к счастью для меня, родители Марии не расспрашивали нас о сне в гостиной, но по глазам их видно было, что их интересовал этот вопрос.

После завтрака меня отпустили на работу. Я шел, все еще оценивая вчерашний вечер. В конце концов, подведя итог, что этот случай лишь сделал нас близкими друзьями, мне пришлось окунуться в производственные процессы.

 

 

 

…6…

 

Возле дома вечером меня ждала Маша, чему я сильно удивился. Она держала в руках горшочки с цветами. Оказалось, что их передала Татьяна для того, чтобы мы посадили их в моем саду и обязательно с Марией.

— Ну что ж, Машенька, давай тогда выпьем по кружечке кофе и приступим, — сказал я, когда девушка закончила объяснения.

— Хорошо, Тем. Только, как я знаю, ты любишь капучино, и всегда у тебя имеется его какой-то запас. Кофе я не люблю, а от этого напитка не отказалась бы! — ехидно улыбнувшись, ответила Мария. Я заулыбался в ответ и открыл массивную дверь.

— Тогда будем пить капучино. Прошу прощения за некоторый бардак: все еще не закончился ремонт. Одному не получается работать быстро.

В этот раз мы впервые могли поговорить обо всем наедине. Хотя мне не первый раз приходилось беседовать с Марией, она была сейчас более раскрытой, не было никаких рамок. Этот человек оказался для меня еще более интересным, чем раньше, захотелось даже доверить ей все свои секреты и сокровенные желания. Просто излить душу.

Работа в хорошей компании шла быстро и интересно. По окончании в душе осталось много хороших позитивных эмоций, которых так давно не было. Маша надолго потом еще у меня задержалась, но остаться не захотела, поэтому я пошел с ней к ее дому, чтобы ничего по дороге не случилось, потому как давно уже стемнело. Пока шли, она предложила мне помочь с делами по дому. Тут отказаться было бы огромной глупостью, посему ответ очевиден.

Теперь уже я не так часто бывал в гостях в доме Дубных: почти весь день работа, в нерабочее время у меня гостила Маша, которая помогала украшать сад,  дом снаружи и изнутри, двор. Она занимала все мое свободное время и сама подтягивала на какие-либо работы. Теперь уже ремонт был полностью под ее контролем, а я являлся лишь орудием. Но мне такой расклад очень даже нравился.

С каждым днем мое убежище превращалось в уютное гнездышко, куда хотелось идти после тяжелого трудового дня, после встречи с коллегами, после прогулки. Теперь это то место, откуда идут все мои дороги, и куда они, в конце концов, ведут.

За это время Маша стала мне, как младшая сестра, за которую я теперь чувствовал полную ответственность, даже отчитывал ее иногда за поздние прогулки. Ей это не всегда, конечно, нравилось, но приходилось слушаться. В свою очередь и от нее была неплохая поддержка. Моя жизнь была раскрашена в яркие цвета именно этой удивительной девушкой.

 

 

 

…7…

 

Для меня неожиданно большой радостью показалось то, что однажды, прибежав ко мне позже назначенного времени, Маша крепко обняла меня и поцеловала в щеку, потом с улыбкой на лице и сверкающими глазами воскликнула:

— Темыч! Я влюбилась! Он такой…!  Он…! Ну, ты понимаешь!? Самый-самый! — Маша крутилась вокруг меня, как юла, и все рассказывала о своем любимом, а я слушал ее и улыбался. Было так радостно за свою подругу, будто сам чувствовал то же, что и она.

Так весь вечер пролетел на волне радости, которой был заполнен теперь мой дом. Маша, когда смогла немного успокоиться и начать говорить понятным языком, рассказала все с самого начала в мельчайших подробностях. Оказалось, что это целая история, достойная того, чтоб ее описали в книге или песне.

Оставшись позже наедине с собой, когда счастливая подруга ушла домой, я почувствовал некую тоску, ведь теперь Мария реже будет посещать меня. И дело даже не в том, что ремонт еще не закончен, а в одиночестве. Она же так и осталась единственным человеком, с которым я общался после ее родителей. А те уже не могли так часто уделять время на гостей, ибо у них хватало забот.

 

 

 

…8…

Родители Марии долго не знали про ее роман с молодым человеком, имя  которого для меня так и осталось скрыто. Все же я первый узнавал все новости, касающиеся влюбленных, и, наверное, пока единственный.

Вопреки ожиданиям, после работы мне не приходилось оставаться одному, Маша виделась со своим кавалером, пока меня не было дома. Во всяком случае, так было поначалу. Со временем стали появляться задержки, а потом и вовсе через день приходилось выходить самому на прогулку, чтобы скоротать часы.

Если подумать хорошенько, то становится ясно, что это должно было произойти и без сторонней помощи в виде парня. Ведь виделись мы каждый день, и поговорить успели обо всем уже, хоть и могли найти любую интересную тему до сих пор. Да и то, благодаря чему все это началось, уже было завершено — ремонт окончен. Давно  уже наши встречи основывались на обычных беседах сидя в саду с кружкой капучино. Лишь иногда Маша приносила задания из колледжа, которые приходилось решать вместе.

Это было честно по отношению ко мне, но все равно обидно как-то становилось, когда моя близкая подруга не являлась в назначенный день, а в следующий раз даже не вспоминала о том, что не сдержала своего слова.

 

Однажды, когда шел с работы, я услышал сзади свое имя. Когда обернулся, то увидел перед собой двоих здоровых ребят, которые стояли уже почти вплотную ко мне. Было явно видно, что они намерены применить силу, но для чего, понять  мне пока не удавалось, тогда я слишком спокойно для данной ситуации спросил, зачем понадобился этим людям, на что сразу же получил сильный удар огромным кулаком в грудь, затем, когда сложился  вдвое, коленом по носу. В голове все перемешалось, ноги перестали держать тело, и мне посчастливилось увидеть, как тротуарная плитка стремительно мчалась к моему лицу, или наоборот: тогда было вовсе не понять.

Еще раз пнув ногой меня по животу, здоровяк наклонился ко мне и спросил:

— Ну что, еще не понял, зачем ты нам нужен?

Было тяжело даже представить, что я вообще способен говорить, поэтому мне пришлось попытаться повертеть головой, показывая непонимание. Здоровяк принял ответ, выпрямился и, отворачиваясь, сказал:

— У Машки спросишь, зачем ты нам понадобился. Спросишь и вообще забудешь, что она существует, а иначе я вернусь и закончу то, что начал! — Он показал напарнику, что дело сделано, и они пошли прочь, а я остался на тротуаре размазывать свою кровь, которая еще текла из носа, кряхтя и откашливаясь. Когда же попытался встать, то тут же упал и вовсе потерял сознание.

 

 

 

…9…

Очнулся я в больнице, как оказалось, только через двое суток. Врач, который присутствовал при моем пробуждении, запретил мне двигаться (хотя я и сам понял, что это не самая лучшая идея, когда по всему телу пронеслась невыносимая боль). Он оповестил меня о легком сотрясении головного мозга и о переломе трех ребер. А также о том, что мое начальство уже оповестили.

С такими травмами мне назначили лежать в больнице не менее трех  недель. Я почувствовал себя запертым в четырех стенах. Лишь иногда разрешалось ненадолго освободиться, но лишь для выхода в туалет. Из посетителей был только участковый, который допрашивал меня чуть ли не каждый день, но не мог ничего добиться от человека, который не запомнил даже как выглядели обидчики. Единственной пользой от сотрудника полиции была только в том, что он согласился на мою просьбу купить записную книжку и ручку.

Все свободное время я рисовал или делал кое-какие заметки, которые позднее стали чем-то важным для меня.

 

 

 

…10″

К счастью, мой больничный не продлили, поэтому дома я оказался в назначенный с первого дня срок. В моем гнездышке ничего не изменилось, все осталось так, как было в последний день перед избиением, только лишь некоторые цветы ослабли без полива.

Мне предписали еще месяц домашнего лечения, а далее только лишь работа в управлении, носить какие-либо тяжести запретили еще более трех месяцев.

В первый день я просто забылся и, освежив насаждения холодной водой, лег спать, чтобы потом подумать и решить, что делать дальше.

 

Утром следующего дня я проснулся от лая соседских собак. Они гнали почтальона, который только успел бросить почту в почтовый ящик. Это было как-то неожиданно, ведь последнее письмо которое приходило несколько лет назад, было от отца, который вовсе запретил мне возвращаться домой из-за того, что после моего звонка в наркологическую клинику, его забрали на лечение от алкоголизма.

Взяв конверт из почтового ящика, я оторопел: письмо пришло из моего родного города заснеженного города, но адрес не домашний, отправлено из больницы. Сердце защемило, а руки задрожали. Резкими судорожными движениями конверт был раскрыт.

Это первый раз за столько лет, когда меня посетили мысли о смерти отца, к счастью, они не оправдались, но все же текст настораживал. Мой папа попал в больницу после длительного запоя, и состояние его крайне тяжелое. Чтобы спасти его, нужна была кровь ближайшего родственника и одной группы — моя подходила. Доктор, которая некогда хорошо знала нашу семью, решила найти меня и предупредить, к счастью местная поликлиника предоставила всю необходимую информацию о моем местоположении.

Тут же у меня появились мысли, что делать дальше. Я собрал все документы и отправился оформлять дарственную на имя Дубской Марии Николаевны, единственного человека, кто имеет право теперь распоряжаться моим домом. Оставить его так я просто не смог бы… Я все решил, и обратного пути нет.

 

 

 

Часть третья

КОНЕЦ

 

Артем закрыл книгу, посмотрел на нее и произнес чуть слышно: «Прощай». Он прижал посылку к груди, зажмурил глаза и будто бы весь в этот момент сжался, а потом зарыдал.

Все эти семь лет, которые прошли с того момента, как он вернулся к отцу, парень помнил об этой девушке и знал, что так полюбить, как ее, больше никогда не сможет. И только лишь единственный оставшийся из родителей давал стимул жить дальше и бороться с одиночеством.

Теперь же Артем отпустил свою любовь. В этот день его жизнь началась с чистого листа.

 

 

ЭПИЛОГ

 

Девушка заметила на своем столе записную книжку, документы и письмо. На вопрос, откуда это, родители ее лишь пожали плечами. Она взяла в руки лист и прочла:

«Это все — наследство от нашей умершей дружбы. Прошу тебя, храни его. И пусть последней просьбой «мертвеца» будет книга, которую я написал. Когда-нибудь напечатай ее. Прощай».

И жизнь как будто бы оборвалась.

 

 

 

Благодарю за поддержку в написании книги своих любимых подруг и друзей

Отдельная благодарность моей собственной умершей дружбе

 

© Аким — Дневники.Онлайн


Последняя просьба умирающей дружбы: 1 комментарий

  1. Мне нравятся такие жизненные истории. Аким, пиши их чаще, это твоё, поверь, друг. Видно, что ты человек со стержнем и немало уже повидал,поэтому у тебя получается.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Смешные и добрые Дневники сказочных героев и другие произведения начинающих и именитых авторов. Конкурсы и подарки участникам.

^ Вверх