Я — Книжник. Часть 1. Глава 3

История, которую начал рассказывать автор с того момента, как сели за стол, напомнила мне сюжет Всемирного потопа. Немного не укладывалось то, что это был уже современный мир и «каждой твари по паре» на нашем судне не оказалось, да и Автор не совсем походил на Ноя. Кроме уже знакомого мне старика на разграбленном военном катере находилось много детей, которых он нашел на крыше детского дома, когда все началось.
Им пришлось долго дрейфовать на бездействующем судне по уходящему под воду городу. Припасы вылавливали кошками и удочками, стараясь не перевалиться за борт от порывистого ветра и постоянно накрывающих их огромных волн. На самом деле – очень повезло, что борт выдержал многочисленные столкновения с высокими зданиями и особенно плавучими средствами, включая немногие оставшиеся в живых катера и кораблики из речного порта.
— А как же остальные люди? – спросил я в процессе рассказа. – Куда делись они?
— Я тоже постоянно задаюсь этим вопросом, Книжник. Кроме моих подопечных – совершенно никого. Будто исчезли все. Странно это. И страшно.
— Долго вы так плаваете?
— Меньше года. Все произошло прошлым летом. Мы смогли как-то продержаться даже эту зиму. Пришлось долго искать теплые вещи. Еще сложнее – лекарства. Дети оказались очень сильными, как будто их кто-то уже готовил к такому выживанию. Но болезни все равно появлялись, были и конфликты. Их нужно воспитывать, Книжник.
— Сколько?
— Одиннадцать. Шесть мальчишек и пять девчонок. Все не старше шести лет, еще совсем малыши.
— Такие маленькие!?
— Именно. Хорошо, что у меня есть опыт, хоть и не совсем большой… Что ты так на меня смотришь? Да! У меня были дети, Книжник! – я не смог выдержать этого взгляда и отвернулся. На глазах старика выступили слезы. – Что? Тяжело, да? Ты, ведь, все понимаешь, не так ли?
Когда я хотел вернуться домой, чтобы найти там хоть что-то о своей семье. Хотя бы то, что могло… — Автор запинался, говорить ему было тяжело, но это было необходимо. С момента потопа вряд ли он рассказывал о себе хотя бы кому-то. – Что-нибудь, что могло от них остаться. Моя квартира находилась на седьмом этаже. Вода забрала под себя все до одиннадцатого — в моем районе, во всяком случае. Пока ты приходил в себя, мы выплыли из города, там опасно. Как-нибудь я покажу тебе это кладбище.
Отвлекся. Когда мы отправились в город, чтобы что-нибудь найти, обнаружили, что нужно очень глубоко погружаться. В трюме — или как это тут называется, не знаю – мы нашли несколько водолазных костюмов. Мне уже приходилось их испытывать раньше, для поиска лекарств. Хорошо, что дети догадались привязать ко мне веревку на всякий случай. Я погрузился, кое-как спустился до своего этажа – это было очень сложно без подготовки, давление колоссальное! Или это потому, что мне не двадцать лет уже. Ничего, что могло сказать о нахождении там людей во время потопа, не было. По комнатам уже спокойно плавают карпы и караси, на стенах поселились колонии водорослей, особенно много их на холодильниках и запертых шкафах.
Когда обнаружил, что ничего не выйдет из того, что мне хотелось, я решил взять хоть какую-то пользу от погружения – вытянуть часть библиотеки. Оказалось, что и это невозможно – все книги, конечно же, размокли и пришли в негодность. Но у меня был сейф. Там хранилось несколько моих работ, включая самую первую книгу. – Автор посмотрел на меня немного иначе. Я знал, что эта книга обо мне, других слов не было нужно. – Меня они не интересовали, сначала. Сверху лежала папка со всеми документами. Паспорта, справки, счета, договоры – все, что накопилось за мою жизнь, а вместе с ними и несколько фотографий моей семьи. – Старик расстегнул на теплой клетчатой рубашке карман и достал оттуда кусок картона, он посмотрел на него внимательно и недоверчиво протянул мне, будто боялся, что я украду или что-нибудь сделаю.
— Когда щелкнул замок сейфа, у меня замерло сердце. Нужно было очень быстро все схватить и подниматься на поверхность, чтобы бумаги не промокли полностью. Я отворил дверцу и, даже не смотря, потому что оттуда сразу повалил воздух, протянул руку и стал хвататься за все, что лежит сверху. Тут-то произошло то, во что до сих пор тяжело поверить. – Автор замолчал, надеясь, что я что-нибудь произнесу, но мой взгляд до сих пор не отрывался от фотографии, которую он мне дал. – В этот момент я оказался другом мире, Книжник. В твоем мире. Сначала там просто шел дождь. Потом, пока я пытался хоть что-то понять, начался ливень, в небе все чаще стала появляться гроза. Мысль о том, что это связано с намоканием книги пришла не сразу, да и потом все равно казалась безумной. Тем не менее, почему-то показалось, что найти тебя и предупредить об опасности было очень важно. Когда оказался у твоего дома, увидел, что все вокруг растворяется в воде. Что было дальше, ты знаешь.
— Подожди, — не отрывая взгляд от фотографии и совсем отстраненно проговорил я, — а что было после того, как ты прыгнул на меня?
— Ах да! Совсем забыл про это. Ну… мы с тобой уже вдвоем оказались в моем кабинете. Трос, который изначально был на мне, оказался на тебе. Но я все еще оставался в водолазном костюме. Здание рушилось. В соседний дом врезался наш катер и тот, разрушаясь создал сильное течение. Я дернул за трос, чтобы дети включили лебедку, а сам – в окно. Хорошо, что течением тебя понесло по коридорам как раз по пути пролегания троса. Течение уходило дальше и чуть не сорвало трос, когда он натянулся. Хорошо, что сработал пружинный механизм. Правда, из-за него же, когда твое тело показалось из-под воды, тебя бросило в борт. Прости.
— Ничего, мне не привыкать ловить лицом всякие ровные и неровные поверхности.
— Что ты так смотришь на фото?
— Это твои жена и дочь?
— Да. А что?
— Если ты хорошенько подумаешь и вспомнишь образы, которые были у тебя в голове, когда ты писал свою первую книгу, то поймешь. – Автор понял. Это было видно по его взгляду.
— И ты до сих пор это помнишь?
— Да, помню. Помню то, что чувствовал, когда у меня их забрали. Я помню, как не мог спасти их в том бассейне!
— Я не знал… Для меня это была всего лишь книга. Просто книга. Я не знал, что когда-нибудь все это станет настолько реально!
— Не волнуйся теперь так. Ведь это все была книга в книге. Всего лишь. Даже для несуществующего в реальном мире меня – это была сказка…
— Теперь-то ты существуешь, Книжник. И я не знаю, как это объяснить.
— Забери, — я протянул Автору его фотографию, — тебе она нужнее. Что ты собираешься делать теперь?
— Жить. Что еще? Я стар, Книжник. Мне нужно продержаться на этом свете как можно дольше, чтобы дать хоть какое-то образование этим детям. Они, возможно, будут возрождать цивилизацию с нуля!
— Не преувеличивай. Ты же не знаешь наверняка, выжил ли кто-то еще.
— Я не видел других людей вот уже почти год! Даже если и есть кто-то, их все равно нужно учить. Я готов дать им самое начальное образование, научить считать, писать, создавать несложные предметы для выживания и искать полезное в развалинах. Чтобы давать более глубокое образование, нужны учебники. Вообще любые книги.
— У меня в голове их очень много. Но ни одна из них не сможет научить детей чему-то полезному.
— А как же доброта, честность? Разве этому не учат в сказках, которые ты должен знать?
— Думаешь, все это понадобится им в ближайшее время?
— Им нужно это уже сейчас Книжник! И уже сейчас они хотят верить, что впереди только хорошее. Ты поможешь мне?
— Куда мы направляемся?
— К зданию научно-исследовательского института. Оно стоит на возвышенности, которая когда-то была много выше города. Потом построили многоэтажные здания, и вид на реку, который открывался со смотровых площадок, немного испортился. Сейчас же море вокруг него. Здание затоплено до второго этажа включительно. Еще два остаются сухими. Мы очистили почти весь верхний этаж, все ненужное просто свалили в пока неиспользуемые помещения. Несколько комнат сейчас заняты под разведение кур, которых мы нашли тут же, в клетках. Вероятно, над ними проводили какие-то исследования. Сейчас это не важно, главное, что у нас есть яйца и пока еще осталось несколько пакетов с семенами: горох, кукуруза, пшеница. Пока не придумал, как все это применять. Никогда не приходилось заниматься сельским хозяйством.
— Все когда-то бывает впервые. Придется всему научиться.
— Но у нас даже нет земли, Книжник!
— Решим этот вопрос позже.
Я вглядывался в грязное стекло, пытаясь рассмотреть то самое здание, к которому мы неспешно приближались. Техническое состояние катера было плачевным. Он не мог набрать хорошей скорости, почти не справлялся с волнами более одного метра в высоту. Нас качало и нос судна постоянно вилял из стороны в сторону, поэтому его приходилось поправлять. Если бы не горный хребет, который успешно перекрывал горизонт где-то впереди, тут наверняка были бы волны, куда больших размеров.
— Где мы вообще находимся? – спросил я, подходя к приборной панели, где видел сложенную карту. Автор закрепил штурвал и подошел ближе.
— У меня большой карты нет, поэтому полноценный вид моего мира тебе показать не смогу. Вот, примерно тут мы сейчас плывем, — тонкий длинный палец ткнул в группу серых прямоугольников среди зеленого. – Тут была раньше автозаправочная станция и стоянка грузовых машин. Здесь нам и удалось в первые дни выловить основную часть пропитания. Думаю, кто-то уже знал, что скоро может случиться что-то подобное и запасался продуктами: консервы, упакованные в герметичные мешки мука, сахар, макароны, печенье и многое другое. Хорошо, что в коробках было достаточно пенопласта, чтобы поднять все на поверхность.
Вот эта дорога, — палец проследовал по коричневой извилистой полосе, — ведет через этот холм дальше, к скалам. В них есть тоннель. Вот, примерно тут, — рука оказалась за пределом карты, — этой части карты у меня просто нет, но ехать туда не очень далеко. Точнее – плыть. Но это бесполезно, все равно дорога проходит глубоко под водой, как и тоннель, а скалы преодолеть нам не удастся.
Вот. Маленький прямоугольник, который ты видишь – здание НИИ, а то, что рядом — большой серый квадрат — это поле с солнечными батареями, которые когда-то полностью питали институт.
— А теперь?
— Теперь у нас есть электричество только на судне. И то, только когда заведен двигатель. В остальное время – ничего. Живем в каменном веке.
— Не думал о том, чтобы попробовать восстановить батарею?
— Книжник… мое дело – книги. Я занимался этим всю свою бездарную жизнь! Ты хочешь, чтобы я сотворил чудо?
— Ты его уже как-то сотворил. Я же здесь.
— Даже это сделал не я. Так просто получилось. Совершенно случайно. Даже не знаю, как…
Мы прибыли к зданию НИИ через пару часов, хотя плыть было и не очень далеко. Оно оказалось в форме буквы «Ш». Один из проемов служил чем-то вроде бокса для катера. Он заходил туда так, что по бокам оставалось не больше метра до стен. Пока мы швартовались, произошло несколько столкновений, которые смягчили огромные покрышки, подвешенные к бортам. Трапом служила лестница, свисающая с окна четвертого этажа.
То, что было внутри, меня даже немного поразило. Я ожидал увидеть разруху, грязные захламленные развалины, кучи мусора. Но увидел что-то совсем иное. Только в первом помещении и части коридора было грязно, здесь были сложены какие-то ящики, снасти для ловли рыбы, очень аккуратно уложены дрова из различного вида досок. Дальше, за первой дверью, разделяющей коридоры, был полнейший порядок. Оставался чистым кафель, где он был, краска не облупилась и не была вымазана. Центральная часть буквы «Ш» являлась жилой. Тут были две комнаты с кроватями и шкафчиками, пол устелен кусками ковров или какой-нибудь ткани, в самом конце крыла располагалась кухня, в которой было сложено какое-то подобие печи. Другие помещения были заняты в основном под склады. Хозяйственные помещения разместились в самом дальнем крыле.
Ребятишки быстро высадились с судна и разбежались по зданию, несколько мальчишек закидывали тросы в окна, крепили их там и вручную натягивали лебедками, чтобы судно не ходило из стороны в сторону. Это меня поразило. Такие маленькие, они делали это неуклюже, но слаженно, со знанием того, что происходит!
— Как ты их этому научил так быстро? – спросил я, когда мы шли к спальным комнатам, чтобы лечь спать.
— Это было тяжело только в начале, Книжник. Но когда они сообразили, что все это делается ради того, чтобы ночью борта не сотрясали стены, дело пошло легче. Так же и со многими другими вещами, которые им приходится здесь делать. Выживание – очень хороший учитель.
— Тяжело им сейчас приходится, — прошептал я. Автор повернулся ко мне и протестующе произнес:
— Думаешь, мне от этого становится легче?
Что ж. Думаю, он прав. Потерять все в конце всей жизни и оказаться здесь, с детьми. Наверное, это не самая легкая участь. Мы вошли в комнату, и я увидел, что все дети находятся здесь: кто-то на своих кроватях, кто-то на полу.
— Они хотят сказку на ночь, — прошептал мне на ухо Автор, а потом обратился к детям. – Ребятишки, этого человека, как я уже говорил, зовут Книжник. Он теперь будет жить с нами. В его голове спрятано огромное количество разных историй! Сегодня он и расскажет вам перед сном одну из них. Правда, Книжник? – вот тут я растерялся. Меня совсем не готовили к такому. Но делать было нечего. – Расскажи нам что-нибудь о своем волшебном мире. Думаю, это будет очень увлекательно.
Дети перевели на меня взгляд, полный ожидания и мольбы. Они сидели совершенно неподвижно, надеясь услышать от меня любой звук. И когда я заговорил, комната наполнилась шелестом, который обычно раскрывает затаившееся дыхание, два десятка маленьких глазок одновременно вспыхнули огнем.
— Привет, детишки, — проговорил я сначала дрожащим голосом. – Хотите услышать историю о большом волшебном мире, где живут Книжные стражи?
— Да-а-а! – хором ответили малыши и стаи шевелиться на своих местах, чтобы расположиться удобнее.
— Тогда слушайте… — произнес я, усаживаясь в подставленное мне Автором кресло, и начал свой рассказ…

© Аким


Смешные и добрые Дневники сказочных героев и другие произведения начинающих и именитых авторов. Конкурсы и подарки участникам.

^ Вверх