Не чета ведовству 4

День у бабы Яги не задался с самого начала. Проводив воспитанницу с ее наставником в рейд по Тридесятому лесу, бабка надеялась отдохнуть и заняться чем-нибудь приятным и для души, например, своим небольшим огородиком, но не тут-то было.

Во-первых, среди окрестных добрых молодцев недавно распространились слухи, что в чаще Тридесятого леса живет могучая ведьма, и кто ее не убоится и победит, тому достанутся несметные сокровища. Кто распускал эти россказни, Яга понятия не имела, но знала наверняка, какой участи заслуживает сплетник. Точнее, у бабки было несколько вариантов, но все они завершались скорой и бесславной кончиной шутника. Добры молодцы — народ бесшабашный, сомнениями и раздумьями не отягощенный, и лезли они на приступ избушки, словно мухи на мед. Поэтому прошедшей ночью Ягу трижды будили истошные крики и топот ног убегающих храбрецов — в лесной глуши, вблизи бабкиного обиталища, все их мужество бесследно испарялось. Завидев кособокую избушку, озаренную лунным светом, и заслышав утробное урчание Баюна, молодцы предпочитали не рисковать и убраться подобру-поздорову. Четвертому искателю приключений не повезло — он прибыл уже под утро, и, лихо перебравшись через забор, наткнулся на хмурую и невыспавшуюся Ягу, которая как раз, подоив корову, выходила из хлева. Погрозив кулаком вслед нарушителю спокойствия, бабка только собралась прилечь, как явился один из воспитанников Лешего. Сам Леший неделю назад удалился на дальние рубежи Тридесятого леса, проверить, все ли благополучно в его тамошних владениях, и попросил Ягу присмотреть на время отсутствия за своими питомцами. На попечении у Лешего состояло в данный момент пятеро ребят разного возраста, и вот теперь выяснилось, что самый младший из них куда-то сгинул. Ахнув, Яга запрыгнула в ступу и устремилась на поиски. Прочесав лес в радиусе трех верст от Лешева обиталища, бабка наконец обнаружила ребенка мирно дремавшим под кустом калины, водворила его на место, строго отчитала остальных за недосмотр и лишь к полудню вернулась в избу. Тут же на Ягу обрушилась новая напасть — оказывается, кто-то из ночных гостей был не лыком шит и вооружился против могучей и страшной ведьмы мечом. Меч этот, слова доброго не стоящий, но остро заточенный, так и валялся посреди двора, брошенный перепуганным хозяином. Обнаружила его избушка, пытавшаяся в отсутствие хозяйки устроиться поудобнее и теперь обиженно поджимавшая пораненную лапу. Свирепо бормоча под нос проклятия, Яга осмотрела глубокий порез, сделала вывод, что само не заживет, сплюнула в сердцах и вновь оседлала ступу — для лечения требовались редкие целебные травы. Обшаривая овраги и буераки, злая и голодная бабка на чем свет стоит костерила добрых молодцев, Лешего, который так невовремя отсутствует, и избушку, которая так неудачно оступилась. До дома Яга добралась только к вечеру. Подоив корову, она проследовала в избу и принялась за приготовление целебного снадобья. Поставив на огонь котелок с зельем, бабка отправила Баюна с Колобком в дозор, категорически запретив кого-либо и близко подпускать к избе. Баюн, по обыкновению, бесшумной тенью заскользил вдоль ограды, а Колобок уселся на шесте рядом с калиткой и пристально уставился в сгущающуюся тьму.

Зелье, которое варила старуха, было сложным и многокомпонентным. Какие-то травы следовало бросить в него целиком, какие-то — измельчить, от каких-то добавить только лепестки, причем строго в четном количестве, а некоторые составляющие следовало предварительно подсушить на печи. Задача осложнялась тем, что подраненная избушка то и дело переминалась с лапы на лапу, заваливаясь то на один бок, то на другой, и вся обстановка внутри сотрясалась могучими толчками. Яга осторожно помешивала содержимое котелка, стараясь его не расплескать, и временами недобро посматривала на меч. Когда снадобье было почти готово, бабка достала с полки точило, занесла меч над варевом и несколько раз провела камнем по лезвию. Раздался душераздирающий скрежет металла, в котелок упало несколько опилок. Немного подумав, Яга промурлыкала «прощай, оружие», и сунула меч в кипяток целиком. Избушка наполнилась шипением и паром.

В это время дверь приоткрылась, и в щель проскользнул взволнованный Баюн. Негромко мяукнув, он подбежал к хозяйке, поглощенной заключительным этапом приготовления снадобья. Цыкнув на кота, Яга извлекла из котелка останки меча и, хмыкнув, швырнула их в угол. После этого бабка сосредоточенно отсчитала пятнадцать капель из пузырька с  дождевой водой от первого весеннего ливня, еще раз перемешала зелье, удовлетворенно кивнула, затушила огонь и лишь тогда посмотрела на Баюна. Кот оскорбленно отвернулся.

— Ну ты, животное, — грозно начала старуха, но ее прервал Колобок. Подпрыгивая, он вкатился в избу и выпалил:

— Бабка, бабка, у нас гости!

Окончательно выведенная из себя Яга подскочила к двери и рявкнула в ночь:

— А ну, пшли вон, шпана безмозглая!

Прислушавшись и не уловив во тьме ни криков, ни топота, бабка подивилась самообладанию непрошеных гостей и захромала с крыльца, дабы лично поприветствовать пришельцев. Споткнувшись на втором шаге о бесчувственное тело, Яга с изумлением обнаружила Василису. Вздыхая и приговаривая: «вот она, эмансипация проклятущая», бабка сгребла девушку в охапку и потащила в избу.

 

***

Очнувшись, Василиса обнаружила себя лежащей на лавке в светлой горнице. Вкусно пахло пряным отваром. Потрескивал огонь в печи. Приподнявшись, девушка увидела уже знакомого кота, полки, уставленные какими-то пузырьками и горшочками и стол, на котором высился дымящийся котелок. Ощущая легкое головокружение, Васька попыталась вспомнить, как она тут оказалась. В своих воспоминаниях она вернулась в темный лес, увидела зловещего всадника, потом — покосившуюся избу, потом — кота, и в конце что-то невыразимо жуткое, от чего мороз прошел по коже. Именно в этот момент откуда-то сбоку раздался скрипучий старческий голос:

— Ну что, красна девица, зачем пожаловала?

Подпрыгнув от неожиданности едва не на вершок, Василиса повернулась и узрела седую лохматую старуху. Старуха неодобрительно оглядела девушку и продолжала:

— Дела пытаешь али от дела лытаешь?

— Ч-что? — переспросила потрясенная Васька.

Яга вздохнула и пояснила:

— Стандартная формула приветствия. Не мною придумано. Буквально означает следующее: какого рожна ты сюда притащилась? Нешто девке дома заняться нечем? Ладно бы еще парень — среди тех бездельников полно, пока ума не наберутся…

— Заблудилась я, — робко пояснила Василиса, и, подумав, добавила:

— Вторую ночь уж по лесу брожу, никак к людям не выйду…

— И не выйдешь, — оптимистично заверила ее Яга. — В такую глушь забрела.

Бабка подошла к столу и плеснула молока в две кружки. Одну протянула Василисе, из второй шумно отхлебнула сама. На некоторое время в избушке воцарилось молчание, прерываемое торопливыми глотками.

— Ладно, рассиживаться некогда, — заключила наконец Яга, забрав у девушки опустевшую кружку. — Пора и делом заняться.

Бабка прошла к полкам и задернула их пестрыми занавесками, пробормотав при этом что-то неразборчивое. Потом порылась в сундуке, достала оттуда сажень чистого полотна, бросила его на стол, извлекла оттуда же яркое одеяло и набросила на девушку. Василиса следила за приготовлениями во все глаза. Строго приказав девушке лежать смирно, старуха подхватила котелок и полотно и вышла из избы. Кот важно удалился вслед за нею.

Василиса еще раз осмотрелась и в душе ее зародились смутные подозрения. Позднее время, запах трав, загадочный котелок с варевом, черный кот и в высшей степени неприветливый вид старухи наводили на тревожные мысли. Особенно смущала девушку жарко натопленная печь.

Прикидывая, как бы половчее унести отсюда ноги, Васька попыталась встать, но в этот момент избушка вздрогнула. Девушка упала обратно, и заботливо накинутое Ягой одеяло накрепко прижало ее к лавке. Сдавленно взвизгнув, Василиса увидела, как свалились со стола миски и крынки, сам стол поехал в сторону печи, заскакали по полу сундуки, а из стоявших в углу мешков, опрокинувшихся набок, посыпалась крупа. Комната подпрыгивала, кружилась и шаталась. Странно неподвижными среди этой кутерьмы оставались лишь лавка с лежавшей на ней девушкой и закрывающие полки занавески. «Колдунья, как пить дать», — подумала Васька и крепко зажмурила глаза.

Все прекратилось так же внезапно, как и началось. Избушка угомонилась, одеяло ослабило хватку, а через некоторое время послышались шаги, и в дверь ввалилась мрачная как грозовая туча бабка с рассеченной бровью и пустым котелком в руке. Целебное зелье, приготовленное Ягой, заживляло быстро и эффективно, но жглось и щипалось, как крапива. Хмуро оглядев царящий в комнате погром, старуха безнадежно махнула рукой, задула светильник и полезла на печь. Комната погрузилась в уютную темноту, лишь слегка светились догорающие угли печи.

Поняв, что есть ее пока никто не собирается, Василиса замерла. Неожиданно на лавку кто-то запрыгнул. Девушка вздрогнула, но это оказался кот, все еще оскорбленный пренебрежением хозяйки и демонстративно проигнорировавший печь. Он, потоптавшись, удобно расположился на ногах гостьи и засопел.

Тишина, тепло, сытость и скопившаяся за двое суток усталость навалились на Василису все разом. Глаза слипались, страшно хотелось спать. Собравшись с силами, девушка все-таки задала беспокоивший ее вопрос:

— Бабушка, а правду люди говорят, что ты ведьма?

И уже погружаясь в сон, услышала из темноты  безапелляционный ответ:

— Брешут. Я гораздо круче.

 

© Анчутка — — — Дневники.Онлайн


Состояние Защиты DMCA.com

Смешные и добрые Дневники сказочных героев и другие произведения начинающих и именитых авторов. Конкурсы и подарки участникам.

^ Вверх