Первое дело. Глава 15

Только двое

Капитан Освальд усиленно тёр подбородок и пытался сдержать эмоции. Чеширски почувствовал, что ему очень хотелось закричать, но дикобраз решил, что пока ещё рано разносить свой ораторский голос по кабинету, и потому только белки его глаз начинали медленно наливаться кровью.
— А я тебе говорю, Чеширски, что ты ещё зеленый, чтобы мне тут указывать, что делать. Ты и месяца ещё не прослужил, а уже приходишь сюда и качаешь свои права.
— Со всем почтением, сэр. Но мы должны отстаивать права кошек. Позвольте мне вести это дело, сэр.
— Нет, ты отстранён. Сейчас им займутся профессионалы. Я же сказал, кто будет вести его.
— Но, сэр, Старски – это пёс, а дело кота должен вести кот. Разве вы не знаете, как псы относятся к кошкам, к тому же, Старски небольшого ума.
— О, боже, я сейчас перегреюсь. Да откуда ты такой взялся, Чеширски? Старски у нас уже пятнадцать лет работает.
— Сэр, поверьте мне, пёс вовсе не решение этой проблемы. Поручите это хотя бы Полли.
— Так! Либо ты сейчас уходишь, либо ты кладешь на стол жетон. Или я тебя переведу. Ты, что удумал, щенок, ты решил меня учить, как работать? Да знаешь, где твое место?
Иголки капитана быстро поползли вверх, и морда покрылась испариной. Он тяжело облокотил лапы на стол и, едва не переваливаясь, заорал.
— Пошёл вон отсюда, щенок.
— Уж тогда бы котенок, сэр, – подметил Бар, увернувшись от таблички капитана.
Когда он закрыл дверь, то никто в комнате и глазом не повел на крик капитана. Казалось, этого даже никто и не заметил. Только сидевший перед ним Джереми вяло улыбнулся и медленно поднялся со стула.
— Значит, сам поговоришь, да? И как успехи?
— Ты все слышал. Зачем этот вопрос?
— Эх, молодежь. Зато вперед меня побежал. Ладно уж, посиди тут, пока я с капитаном поговорю. Только скажи, у него иголки вылезли?
— Немного.
— Боже, я такое один раз видел, и как ты ухитрился его так быстро вывести? Чеширски, у тебя талант, уверен, что ты быстро станешь капитаном, так как ещё пару таких бесед, и старика хватит инфаркт.
— Сейчас тебя инфаркт хватит, если не перестанешь глумиться.
— Эй, мы в одной упряжке, так что не багровей. Дядя Джереми сейчас всё исправит. Если, конечно, ты снова в кабинет не войдешь. Он, кстати, тебя не уволил?
— Нет. Табличкой кинул.
— Табличка – это хорошо, – задумчиво сказал Джереми, направляясь к кабинету.
Когда дверь закрылась, то барсука практически не было слышно, в то время как Освальд почти сотрясал свои голосом стены. И всё же, судя по тому, что голос капитана стал стихать, Джереми что-то говорил и, более того, он был услышан. А спустя десять минут он вышел из кабинета, как всегда, в приподнятом настроении.
— Вот и все, теперь дело пока ещё за тобой, мой славный кот.
— Как ты это сделал?
— Обаяние, этому не учат в полицейской академии. И ещё, Чеширски, крайне рекомендую больше не открывать кабинет капитана с помощью ноги. Надеюсь, с возрастом ты поймешь, что это вредит карьере.
— Так ты же сказал, чем скорее инфаркт, тем быстрее должность.
— О, господи! Чеширски, ты же понимаешь, что, говоря о доведении капитана до инфаркта, я шутил? На самом деле важно быть более лояльным к начальству, особенно сначала.
— Я поработаю над этим, – несколько мягче сказал Бар. – А теперь? Мы едем к крысам, точнее, к их главарю Мордоку?
— Ох, Чеширски, Чеширски, – обнял его Джереми за плечо так, как будто они тысячу лет были самыми сокровенными друзьями. – Какой же ты неугомонный. Давай лучше немного подумаем, прежде чем куда-то ехать.
— У нас мало времени, Джереми. Хайнлайн сейчас в тюрьме, надо его вытащить оттуда, а для этого следует тряхнуть этих чёртовых крыс.
— Тряхнуть? – Джереми устало потрогал нос. – Чеширски, я надеюсь, что не зря Хайнлайн в тебя так поверил, но пока, право, ты не вызываешь у меня такого же вдохновения. Давай лучше ещё раз обдумаем последнее, о чём говорил Хайнлайн, возможно старый кот успел тебе что-то сказать. Всё равно нас сейчас к нему не пустят, а мысли старика важны. Не зря же о нем так позаботились наши предполагаемые убийцы крыс.
Чеширски задумался. Несмотря на всю эту внешнюю веселость, Джереми был умным парнем. И к тому же прав. Хайнлайн был отменным детективом, единственный минус которого – медленный разгон. Как, например, с маньяком из Шеверли, которого Хайнлайн почти полгода года мусолил, прежде чем взять. Хотя, как говорили, заподозрил он Харли-кабана буквально в первый месяц расследования, но вместо поимки предпочел вести слежку, лишая бедного Харли возможности поохотиться.
— Хайнлайн не понимал, зачем убили бомжа, вот что было ему интересно. Я ещё тогда подумал, что незачем так глубоко копать и надо расследовать смерть собак, но он считал иначе.
— Хм, а ты всё-таки не такой тупой, раз уловил суть мыслей старика.
Бар поднял бровь и хотел было заметить, что так говорить не стоит, но удержался. Сейчас важно сотрудничество, Джереми – крайне полезный барсук, к тому же, пока единственный, кому он может доверять в этом участке, да и, в принципе, из всех, кого он знает. Кроме Хайнлайна он ни с кем особо и не пообщался.
— Думаешь, надо снова ехать к Толстопузу?
— Я так полагаю, что если мы сегодня не съездим хотя бы к одному главарю какой-либо шайки, день для тебя будет потерян.
— Хорошо, давай посидим, подумаем, чаю попьем, может, историю какую-либо вспомним.
— Нет, надо пробить эту крысу. Ты же коп, ты можешь это сделать?
— По базе – да, могу. У нас ведётся учет всех, кто получает паспорт. Если эта крыса имела паспорт, найти ее биографию будет не сложно. Кажется, его звали Билл Бенгази?
— Чеширски, это ты там был. Не я.
— Это точно, ты спал в машине.
— Сторожил, Чеширски, сторожил.
Бар подошёл к компьютеру Хайнлайна и сдул пыль с клавиатуры. Видно, старичок ею совсем не пользовался, предпочитая работать по старой закалке. Бар посмотрел на небольшую печатную машинку в углу. Ох уж эта старая школа, вечно им всё не нравится.
— Ты что замер, вбивай имя.
— Да, да, сейчас! И необязательно сопеть над моим ухом, я и на расстоянии тебя бы услышал, – огрызнулся недовольно Бар, вбивая имя и фамилию.
— Так, подожди-ка. Итак, Билл Бенгази, тысяча восемьсот пятидесятого года рождения. Ну, с этим понятно, давай дальше! Так… Жил на Мейхону-стрит, женат, двое детей. Разведен. Вы и в личной жизни копаетесь? Я так и знал, что за мной кто-то подсматривает, а ведь никто не верил.
— Так я могу закрыть, раз это так секретно?
— Что ты дерганный такой, прям как девочка. Сиди спокойно, дай дочитать.
— Хм, жена живет, значит, отдельно. Вот к ней мы и поедем. Уверен, она с удовольствием расскажет, как он дошёл до такой жизни. Кстати, это по дороге в издательство, можем заскочить. Кстати, есть у меня пара дел недоделанных.
— Нет, если к ней, значит к ней.
— Ну, хорошо. Я, в принципе, так же хотел. Хотя в издательстве вкусный чай и, между прочим, моя помощница, Чеширски, она свободна.
— Я женат.
— Извини, по тебе просто так не скажешь.
— Что?
— Я имел в виду, что ты выглядишь неплохо, вид не уставший, не такой, как у измученных женатиков.
— Лучше замолчи, Джереми, я очень прошу тебя, не надо пытаться всё исправить, у тебя очень плохо получается.
— Да? Хорошо. Тогда в путь?
— Только пальто возьму.
— Сейчас же тепло.
— Не знаю, я что-то стал к нему привыкать.

© Даниил Дарс

Смешные и добрые Дневники сказочных героев и другие произведения начинающих и именитых авторов. Конкурсы и подарки участникам.

^ Вверх