Глава 29

Мрачная сторона

Возвращаясь с курорта и идя по следу Альфреда Бродски, Бар не мог избавиться от ощущения, что он, словно Данте, медленно спускающийся по кругам ада. Первый круг – это маленький курортный городок, второй – аэропорт Нью-Йорка, встретивший их холодной дождливой погодой, третий – это мрачный, провонявший помоями, район Берто, где находился один из самых мерзких наркотических притонов города. Четвертый – это сам притон, расположившийся в одном из старых пятиэтажных домов.
Брезгливо открыв дверь, Чеширски молча последовал за Джереми. Удивительно, но барсук, ещё не долетев до Нью- Йорка, смог выяснить, где им придётся искать Бродски, всего за несколько месяцев слетевшего с должности руководителя одной из самых крутых корпораций до ничтожного наркомана, доживающего последние дни в этих трущобах.
Лениво развалившиеся звери, иглы, вонь, разбитые бутылки, медленно утекающая жизнь, сливавшаяся с точно такой же медленно текущей смертью. Всё было настолько открыто, нагло, что Чеширски невольно вспомнил крысиный квартал, где так же даже охраны в дверях не было.
Может, это просто дань моде города – существование этих мест? Ведь этот неприятный чёрный дом так органично вписывался в его мрачную структуру, распространяя тошнотворное влияние загнивающих идей.
— Ты здесь бывал раньше? – спросил Бар, стараясь поменьше обращать внимания на залипших от прихода наркоманов.
— Пару раз.
— Я так и подумал. И где его искать?
— Я думаю, на третьем этаже, там обычно самых богатеньких размещают.
— Что-то я не заметил никого из обслуживающего персонала.
— Поверь мне, они тут.
Бар посмотрел наверх. Лестница выглядела мрачно. Особенно раздражал крупный бегемот, едва ли не загородивший весь лестничный проход. Такого не перешагнуть, только перелазить.
— Как он вообще мог сюда попасть, это просто ад.
— Преддверие ада, есть в городе места и похуже.
— Я даже догадываюсь, где, – передернулся Бар, вспоминая канализацию.
Джереми ничего на это не ответил, лишь вяло усмехнулся. Барсуку вообще трудно давались последние часы, то и дело заставляющие его прикрывать глаза. Да что барсук, даже Бара клонило ко сну, который ещё с академии славился способностью не спать по два-три дня.
На третьем этаже действительно было заметно чище, просторней и светлее. Это, конечно, не был номер люкс, но, по сравнению с первым этажом, уровень существования был заметно выше. Бар даже исхитрился заметить одного из местных барыг, чья тень промелькнула в дальнем коридоре с каким-то подносом.
— Ох, не нравится мне это место, – прошептал Чеширски.
— Да, мне тоже, но Бродски лучше найти сейчас. Что-то мне подсказывает, что с этим медлить нельзя. Погоди, кажется, нам сюда, – произнес Джереми, указывая на открытые двери, из которых виднелись крысиные лапы. – Хорошо еще, что крыс тут немного, а могли и дольше провозиться.
— Да нам вообще что-то часто везет в последнее время.
— Ты только что с курорта, что ты ноешь?
— Я не ною, это просто сарказм.
— Вечно вы, коты, всем недовольны, наверное, это дождь на вас так влияет.
— Погоди, он, кажется, приходит в себя, – заметил Бар, указывая на разлепляющиеся глаза старой крысы.
— Хейт, это ты? – сонным голосом проговорил крыс, ища глазами своего невидимого друга.
— Кто такой Хейт? Это точно Бродски?
— Да, только вот выглядит хуже, чем на снимках, – сказал Джереми, присаживаясь напротив крысы. – Альфред Бродски, Хейт ушел, он просил меня посидеть с вами.
— Мне нужно ещё. Вот, держи, – попросил Бродски, вытаскивая зеленую купюру. – Принеси ещё.
Джереми задумчиво похрустел бумажкой и, повернувшись к Бару, буркнул:
— Посиди тут, я принесу немного дури.
— В смысле, дури?
— В прямом. Пойду, куплю немного дури. Нам надо его разговорить. Дурь поможет.
— Только не говори, что ты пойдешь и купишь наркоты.
— Именно это я и собираюсь сделать. Но если хочешь сделать это ты, то милости прошу.
Бар посмотрел на крысу, затем на Джереми. Опять эта грязная дорожка, по которой можно срезать путь к правосудию.
— Нет, всё, хватит. Никакой наркоты. Я и без неё всё узнаю.
— Да, ладно! Серьёзно? И как же?
— Хейт это ты? – снова жалобно пропищал Бродски и вытащил из кармана ещё деньги, – Хейт принеси ещё, дай ещё.
— Нет, это не Хейт, это детектив Чеширски.
— Кто?
— Детектив Чеширски.
— Хейт?
— Да твою ж мать, Бродски, это не Хейт, это детектив Чеширски! – закричал Бар и притянул крысу за воротник. – Вы понимаете, где находитесь?
— Может, стоит потише кричать, что ты детектив? – озабоченно сказал Джереми, оглядываясь. – Но это так, совет крутому полицейскому.
— Да ладно, прям-таки крутому? – вскипел Бар и, отпустив крысу, глухо стукнувшуюся об пол, поравнялся с Джереми. – Хочешь поговорить об этом?
— Я лишь хочу сказать, что пока твой допрос лишь привлекает к нам ненужное внимание, а пользы никакой.
— Значит, мы вытащим его отсюда и проведем допрос в более спокойном месте. Но всё равно, никаких наркотиков не будет.
— Как тогда в крысином притоне?
— Примерно так.
— Ладно, ладно, но тебе стоит учитывать, что это территория шимпанзе. А эти ребята куда опаснее всех остальных.
— Что-то слишком много банд в этом городе.
— Просто ты уже успел со всеми познакомиться. Пойми, нас пока не трогали, так как мы ещё ничего не нарушили, но едва ты попытаешься вытащить его, то, боюсь, придётся туговато. К тому же, даже если ты вынесешь его на воздух, он всё равно не сможет нормально общаться. Ты же видишь, как он говорит, он уже минимум месяца три сидит на игле. Чтобы такой отошёл от своих грез, надо, как минимум, неделю.
— И что? Обязательно колоть его? Скажем, что доза у нас.
— Нет смысла шантажировать наркомана, он сто процентов начнёт врать. Чеширски, просто дай мне спокойно с ним поговорить.
— Нет. Одно дело, играть бандитов в спальне у безмозглого мастера горных лыж, другое дело – покупать наркоту. Этого точно не будет.
— Ох, какой же ты проблемный кот. Ты даже сварливее Хайнлайна, – процедил Джереми, поглядывая по сторонам, где среди танцующих тлеющих опиумных огней и дымков стали появляться настороженные злобные маленькие глазки обезьян. – Ну вот, дождались.
Словно ожидая этих его слов, из темноты вышло трое. Крупная высокая обезьяна в короткой кожаной куртке и две ростом поменьше, одетые в похожие кожаные безрукавки. Разглядев в темноте морды, Джереми обреченно скривился.
— Только не говори, что ты мне не рад, – улыбнулся белоснежной улыбкой высокий шимпанзе. – Я тебе не поверю, мой славный полосатый друг.
— Горт, подожди. Это наше дело.
— Я понимаю, ваше дело. А кто это? – Горт показал на Бара.
— Детектив Чеширски, – выпалил тот, опуская лапу на револьвер. – Эта крыса идет с нами.
— А, детектив, – улыбнулся Горт и подмигнул двум помощникам. – И что вы тут забыли, детектив?
— Это не ваше дело.
— Подожди, Чеширски, сейчас вовсе не обязательно размахивать оружием, так ведь, Горт? Всё можно решить без лишней стрельбы, – вмешался Джереми.
— Да, можно, но нужно ли? Вы пришли, устроили здесь переполох, схватили нашего клиента, ведете себя неуважительно, Джереми, у нас так нельзя. Ты же знаешь это.
— Это особый случай. Дай нам пройти, и я тебя не арестую.
— Тише, тише, котик. Как бы тебя не арестовали, малыш. – Сквозь зубы прошипел Горт, пряча лапы за спину.
— Шаг назад и лапы на виду! – крикнул Бар и приставил револьвер к голове Горта. – И медленно, так, чтобы я не нервничал, понял?
— Ты же коп. Ты не выстрелишь.
— Только не тогда, когда это касается кошек, обезьяна! – ответил Бар с, казалось бы, совершенно мертвыми, спокойными глазами.
Горт несколько секунд с любопытством разглядывал Чеширски, затем чему-то ухмыльнулся и послушно вытащил лапы. Он сделал несколько шагов назад, подавая тем самым пример остальным шимпанзе, так же послушно ретировавшимся.
— Джереми, тащи его сюда! – сказал Бар, не убирая револьвер со лба Горта.
— Что-то мне подсказывает, детектив, что мы ещё встретимся.
— Конечно, встретимся, город не особенно большой. Джереми, ну где ты там?!
— Да иду, иду, этот сукин сын весит больше носорога!
— Э, Джереми, ты же понимаешь, что теперь твой пропускной балл аннулирован? – заметил Горт, когда барсук, взвалив тощую крысу на плечо, проходил мимо.
— Да понятное дело.
— Умница. А теперь, детектив, может, вы уберете револьвер с моего лба? Я думаю, сейчас нападать на вас смысла особого нет. Вон вы какой крутой парень.
— Надеюсь. Это будет очень благоразумно с вашей стороны.
— Детектив, вы не переделаете этот город. Поверьте, я уже видел подобные взгляды, и все они заканчивали очень плохо.
— Если они, это уже хорошо.
— Возможно. И всё же, спасибо за визит. Надеюсь, вы ещё заглянете к нам?
— Обязательно, только немного позже.
Чеширски отошёл к лестнице и аккуратно спустился вниз. Где обнаружил, что Джереми оказался на редкость проворным и, скрывшись с глаз Горта, за несколько секунд оказался почти у самой машины.
— Ты что, спятил? – набросился на него, когда, убрав револьвер, Бар подошёл к багажнику. – Ты хоть понимаешь, что мы похитили наркомана из обезьяньего наркопритона? Это что, по-твоему, лучше, чем купить героин и заставить его говорить? Да на нас сейчас охоту объявят, это же обезьяны, они даже полицейским такое не спускают.
— Возможно, – ответил Бар, закрывая над Бродски крышку багажника. – Но на то я и коп, чтобы бороться с мафией.
— Но я-то нет. Я обычный журналист, отморозок ты ушастый.
— Не переживай, сперва ему надо будет убить меня и лишь потом – тебя, – ответил Бар и вдруг, задумавшись, спросил:
— А что значит «пропускной балл аннулирован»?
— Да так, тупой обезьяний прикол. Лучше давай сматываться отсюда. И, желательно, куда-нибудь подальше.
— Да. За город, где нашего парня можно будет приковать к кровати. Ты сказал, ему нужна неделя?
— Боже, Чеширски, я с тобой поседею! Ты решил держать его до тех пор, пока он не отойдет? Ты понимаешь, я пошутил? Я не хотел с ним маяться неделю! Ты что, совсем спятил?
— Послушай Джереми, Хайнлайн в тюрьме. А против нас полгорода бандитов и офицер из внутреннего отдела, только и мечтающий посадить всех за решетку. К тому же, этот тренер по горным лыжам рано или поздно расскажет своему хозяину, что мы у него были. И тогда в дело вступит ещё и миллиардер со своими связями и кучей денег, также желающий быстрее от нас избавиться и скрыть возможное участие в убийстве и каннибализме. Учитывая все эти нюансы, я не думаю, что, добившись от этого наркомана важных сведений, это сильно усугубит нашу ситуацию, логично?
— По идее, да, – Джереми почесал затылок и пристально посмотрел на Бара, буквально за несколько секунд полностью преобразившегося. – Знаешь, я вот только сейчас понял, в какую жопу я залез.
— Жопа – этот город. А мы ведем расследование! – сердито буркнул Чеширски и сел в машину.

© Даниил Дарс


Смешные и добрые Дневники сказочных героев и другие произведения начинающих и именитых авторов. Конкурсы и подарки участникам.

^ Вверх