Барная битва

Папа смерил тяжёлым взглядом замершего Филиппа, затем с рокотом замковых ворот повернул голову в сторону моря, из которого, словно морская нимфа, выходила Анника. Заметив незнакомца, она замерла, глядя на супруга. Дракон покачал головой и, подняв платье жены, посмотрел в сторону моря:

— Здравствуй, папа! Как долетел?

— Прекрасно. – Отцовский тон был сух, как Сахара. И так же безжизненен. — Было бы еще лучше, если бы ты дал своей жене одеться и представил нас. А то мне начинает казаться, что жизнь вдали от семьи превратила тебя в невежу.

В лице Филиппа не дрогнул ни один мускул, когда он повернулся к Аннике. Она, судорожно путаясь в завязках платья, пыталась уложить мокрые волосы. Но стоя на одной ноге, сложно придать себе долженствующий вид. Отец, всё это время стоявший у воды с видом незыблемого утёса, произнёс:

— Было бы лучше, сын, если бы ты поставил в известность нас с мамой. Ты же знаешь, как мы тебя любим.

— Именно от этой любви я и сбежал, папа! Мне не сто лет, я достаточно вырос, чтобы самому принимать решения о свадьбе. А не советоваться для этого во всей своей родней.

— Семья — это важно.

— Кто бы спорил….

— Я готова! – бодро заявила Анника.

Филипп, впервые не знавший, чего ожидать, нервно переминался с ноги на ногу.

— Папа, это — моя жена Анника. Анника, это мой отец – Гейдерих фон Клаузвиц. Владетель Серпентхайма.

— Я наслышан о тебе, Анника. Моя супруга по достоинству оценила твои кулинарные способности. Она до небес превозносила твою кровянку. Как мне стало ясно из её восторженных описаний, мой сын не умрёт от голодной смерти.

— Не умрет, господин.

— Называй меня папа,- склонил голову в лёгком поклоне старший из драконов. Ведь в чём никогда не обвиняли драконов, так это в отсутствии манер. Они всегда вежливы. Даже когда ковыряют вашими косточками в зубах после сытного обеда. Анника, с чисто женской интуицией поняв, что эту проблему предстоит решать ей, решила сыграть первую скрипку:

— Вы не голодны, папа?

— Я голоден, как дракон, у которого во рту ни маковой росинки с самого утра не было.

— Здесь неподалёку город, отец, — вступил в беседу Филипп. – Мы можем посидеть в таверне за бутылочкой рейнского.

— Отличная мысль, сынок, — старый дракон улыбнулся. – Анника, позвольте предложить вам руку.

Пока супруга переодевалась, Филипп, осторожно подбирая слова, общался с отцом. Для себя он уяснил главное – отец почти перестал на него сердиться. Теперь всё зависело от Анники. От того, как она поведет себя дальше, сложатся дальнейшие отношения с отцом. Когда, наконец, молодая супруга вышла, папа-дракон восхищённо цокнул языком и искоса взглянул на сына:

— Хороша-а! Прямо не знаю, что и сказать. Хоть самому впору заново жену искать!

— Папа?!

— Шучу, шучу! От нашей мамы еще никто не ушёл. Вот, помню, был случай…

— Папа!

— Ладно, ладно! Уже и поностальгировать нельзя. Летим?!

— Пойдём.

Идти до городка было недалеко, веселая беседа скрашивала дорогу. Но, как оказалось, ворота в город были закрыты, а на все уговоры стража отвечала либо смехом, либо угрозами. Переглянувшись, отец и сын, не сговариваясь, обернулись драконами. Появление у врат города двух самых опасных тварей ввергло стражу в ступор. Анника расслышала звук падающих алебард и шлемов, за которыми последовала бестолковая толкотня и крики. Подсадив Аннику на шею, Филипп в один миг перелетел городские стены. Вновь став людьми, наши герои продолжили ознакомительную прогулку по городу.

Дракон искал таверну, папа читал все вывески подряд, словно навёрстывал годы пропущенных школьных занятий:

— О, таверна «Голубая устрица»! Зайдём?!

— Что-то не хочется. Слишком претенциозно, как на мой вкус, — неожиданно вставила Анника.

— Действительно, — буркнул Филипп, разглядывая странно одетого вертлявого мужика, проскользнувшего в приоткрытую дверь.

— Наверняка —  богема, — не остался в стороне отец.

Продолжили поиски. «Мохнатую свинью» и «Пьяного единорога» тоже забраковали. Папа начинал нервничать. В конце концов, решили остановиться на «Короле и шуте». Тем более, что и тихие звуки музыки, доносившиеся из неплотно заколоченного окна, интриговали.

Зашли.

Удивились.

Но остались. Пригляделись, принюхались. Пахло сносно. Несколько столов, пара из которых пустовала. Харизматичный певец с растрёпанными волосами, видимо, отдыхал, лениво перебирая струны странной шарманки. Время от времени он обводил безумным взглядом зал, что-то бормотал и вновь сосредотачивался на инструменте. К ним подошла грудастая баварка, чтобы принять заказ. Начала было стрелять глазами, но, встретив холодный прищур Анники, поскучнела и, сведя всё к дежурным фразам, отбыла. Тем временем певец прочистил горло и выдал:

«…»[1],

— Хм, — задумчиво произнес отец Филиппа. – Тут есть над чем задуматься. Определённо есть.

Анника прислушивалась к голосам с улицы, совсем не обращая внимания на происходящее внутри таверны. Подали еду. Пиво принес бармен. Глазастая баварка не появилась. Папа выглядел разочарованно. Мужчины принялись за еду и…  В этот момент в таверну ввалилась большая компания местных кутил. Бармен погрустнел, музыкант, зная о своей неприкосновенности, хмыкнул. Народ попятился.

Вошедшие повели себя дерзко. Выбили из-под одного стул, ущипнули проходившую мимо служанку. Ругались грязно, смеялись мерзко и медленно приближались к драконьему столу. Заметив Аннику, оживились. Она, чуя забаву, тоже. Мужчины, как ни в чём не бывало, продолжали есть. Но повод для драки нашёлся быстро.

— Ты-ы, чо так нагло смотришь, — начал один для затравки. Но его приятели ждать завязки не стали, сразу полезли в бой. Первый кавалерийский наскок был отражён с помощью кувшина пива. Второй — остатками кнедликов. А вот уже третью волну встречали в кулаки. Анника, отойдя во вторую линию обороны, держала наготове еще один кувшин. Тем временем драка разрасталась. В неё втягивались потихоньку все посетители. Сперва самые рьяные, затем те, кто посмелее, потом сочувствующие, и под конец — тихони и просто застенчивые.  Бармен, меланхолично протирающий стаканы, прерывался, чтобы сделать какие-то записи, и вновь возвращался к созерцанию побоища.

К музыканту тоже подтянулись собратья по цеху, выглядевшие так же странно. Парочка здоровых мужиков была одета довольно неформально даже для этого местечка. Набор всевозможных инструментов мог порадовать глаз любого завзятого меломана. Еще один, такой же лохматый, тащил барабан. Музыка зазвучала жёстче, словно бы подпитывая драку:

«…»[2]

Анника, не решаясь приблизиться для нанесения контрольного удара, метнула кувшин издалека. Разлёт пены был приличным. Осколки долетели аж до барной стойки. Рёв и гвалт стояли до небес. Но дела складывались не в пользу драконов. Обернуться ящерами было неспортивно, проигрывать —  как-то стыдно. И вдруг в ответственный момент из дверей раздался знакомый голос:

— Хлопці, гляньте! Це ж пан Філіп і Анніка! Здается, наших б’ють!

Василь, а ну, клич інших!

Секунду спустя людей в таверне стало больше, места меньше, стоявших вертикально оставалось еще много. Началась вторая часть Марлезонского балета. Присоединившиеся к драке московиты и украинцы перевесили чашу весов в сторону драконьей победы. Зрителей, которые оценили бы эпичность битвы, не осталось. Но если бы таковые всё же нашлись, они бы дружно вспомнили Грюнвальд[3]. В конце концов,  последний из кутил пал, увенчав собой груду тел.

— Вот так! – сказал Василий из Московии, отряхиваясь и подмигивая Аннике, — Когда мы вместе, мы – непобедимы!!!

_____________________________________________________________________________

[1] Слова песни гр. «Король и Шут»)

[2] Слова из песни «Panzerkampf» группы Sabaton.

[3]  Грюнва́льдская битва — решающее сражение «Великой войны» 1409—1411 годов, произошедшая 15 июля 1410 года. Союз Королевства Польского и Великого княжества Литовского под предводительством короля Владислава II Ягайло и великого князя литовского Витовта, одержал решающую победу над войском Тевтонского ордена.

(Продолжение следует…)

Книга Хроники Дракона в Нижних Подсолнухах ISBN 978-5-9909471-6-0

© Денис Пылев, 2016 год

Другие авторы  /   Сборник рассказов

Состояние Защиты DMCA.com

Смешные и добрые Дневники сказочных героев и другие произведения начинающих и именитых авторов. Конкурсы и подарки участникам.

^ Вверх