Архив метки: Анчутка

Байки старого кладбища. Байка 2

На берегу залитой лунным светом речки сидели два старинных приятеля. Знакомство их длилось уже больше века, и за это время сложилась стойкая, как запах одеколона «Тройной», традиция: при встрече один с удовольствием и помногу говорил, а второй с не меньшим удовольствием молчаливо слушал. Так было и в этот раз.

— … вот так-то, — закончил свою речь словоохотливый. — И, помнится, погода тогда была, как сегодня: тишина, благодать, запахи трав… Соловьи поют, сверчки стрекочут… Кстати, я только после смерти познал всю неуловимую прелесть комариного звона, раньше, помнится, меня это ужасно бесило…

Его прервал жуткий вой, которым внезапно огласилось кладбище. Собеседники подскочили от неожиданности и нервно оглянулись. Бодрой походкой к ним приближалась высокая широкоплечая фигура.

— Только не это, — тихонько простонал болтливый, закатив глаза.

Фигура подошла ближе, облокотилась на памятник, подняла голову к небу и душераздирающе завопила:

— Крооооооовииии!!!

Когда последние отзвуки крика затихли, источник шума повернулся и с ухмылкой посмотрел на приятелей. Словоохотливый смотрел на него с плохо скрытым раздражением, а молчаливый — недоуменно. Луна сейчас ярко освещала возвышавшегося над ними, и можно было разглядеть и шикарную шевелюру, старательно приглаженную пятерней, и щегольской костюм, и смазливую физиономию. Сочтя, что его выступление не произвело должного эффекта, красавчик откашлялся и продолжил зловещим шепотом:

— Жажда гонит меня на охоту… Берегитесь, смертные!

— Завязывал бы ты с этим, Влад, — не выдержал словоохотливый, поморщившись. — Ну какая жажда?

— Неутолимая, — охотно пояснил высокий. Его собеседник тяжело вздохнул и промолчал.

— Ну, вы как хотите, а я пошел, — обиженно заявил красавчик, не дождавшись ответа. — Можете тухнуть здесь в апатии и безделье, а я буду сеять смерть!

— Ну-ну, сеятель, — презрительно буркнул себе под нос словоохотливый, когда высокая фигура удалилась на достаточное расстояние. Его приятель, опомнившись, ткнул его в плечо зеленоватой рукой и, запинаясь, произнес:

— Это.. Что?

Болтливый махнул рукой.

— А, ты ж не знаешь. Это новичок. Ты вот из-за жары две ночи не показывался, а между тем у нас тут пополнение.

Молчаливый изобразил жестами нечто, символизирующее готовность слушать, и словоохотливый тут же этим воспользовался.

— Этот новопреставленный, по имени Влад, только вчера из могилы вылез, и уже всех наших достал. То ли лавры знаменитого румынского тезки ему покоя не дают, то ли просто малоумный, не знаю. Одно — рвется к людям, дескать, жаждою томим. Убеждали его, отговаривали, все зря, пришлось держать силой. Ну, вчера-то собралась компания побольше, был же день поминовения Серой дамы, поэтому никуда его не пустили. Надеялись — образумится, да, видать, напрасно…

Словоохотливый немного подумал и глубокомысленно изрек:

— Это у него все от фильмов. Я слышал, сейчас сериал какой-то популярный есть, новое поколение на нем помешалось. Там все упыри являют собой образцы красоты, грации и силы. Ну и бессмертия, конечно.

Молчаливый хрюкнул, и его собеседник обрадованно продолжил:

— Вот и мне смешно. Бессмертие после смерти, парадокс! Но молодежь верит… Вот, этот, например. Возомнил вампиром себя. Хотя каждому известно, что вампиризм — это досадное отклонение от нормы и легко излечивается, было бы желание. А в норме мы ни голода, ни, упаси боже, жажды, не испытываем…

Они немного посидели, наслаждаясь звуками летней ночи, и словоохотливый продолжил рассказ о былых временах. Время летело незаметно, и приятели осознали, что пора расходиться, лишь когда край горизонта начал светлеть.

— Ох, пора, — произнес многоречивый, поднялся на ноги, развернулся в сторону кладбища и застыл. Заинтригованный молчун тоже привстал, и глазам их открылось незабываемое зрелище.

По кладбищу неверными шагами, стыдливо прячась за памятниками, продвигался Влад. Сложно было узнать в нем пижона, который оставил их каких-то пару часов назад — из взлохмаченных волос торчали солома и ветки, лицо было в грязи, вся фигура как-то перекосилась и скрючилась. Присмотревшись, приятели заметили, что дорогой наряд неофита безнадежно испорчен: туловище насквозь прошил изрядных размеров деревянный дрын, прорвавший пиджак и рубаху. Лицо пострадавшего представляло палитру самых разнообразных эмоций: от безграничного удивления до глубокой печали. Ни слова не сказав, он добрел до своей могилы и поспешно скрылся в земле.

— О, я смотрю, молодежь кое-что помнит из дедовских баек, — вымолвил разговорчивый, придя в себя. Его собеседник укоризненно покачал головой.

— И это ведь ему еще повезло, — оптимистично продолжил первый, направляясь к собственному погосту. — Кол хоть вынуть можно. А могли ведь и голову отрубить, это ужасно неудобно, она вечно норовит упасть и куда-нибудь укатиться. Ладно, бывай, того и гляди, петухи запоют!

© Анчутка — Дневники. Онлайн

Байки старого кладбища. Байка 1


Состояние Защиты DMCA.com

Байки старого кладбища. Байка 1

На лавочке, освещенной ярким белым светом, отдыхали двое немолодых мужчин. Один из них преимущественно помалкивал, периодически кивая головой и дополняя беседу скупыми междометьями, что совершенно не мешало второму изливать в пространство бесконечный свой монолог, каждое слово которого было выстрадано бессонными ночами. Голос у говорившего был негромкий и сухой, поэтому пространство вокруг лавочки было наполнено мерным гудением, напоминавшем жужжание шмеля.

— … и вот ты только взгляни вокруг. На это без слез смотреть можно? Что-то покосилось, что-то проржавело. Убожество, никакой эстетики.

— Угу…

— И раньше было так же. Все кое-как, заботы о нас — никакой. Сляпали спустя рукава, огородили, и сгодится.

— Точно.

— Теперь-то, конечно, и подороже хоромы есть, только кто в них обитает? Снобы, нувориши, ни родословной, ни достоинства. Откуда взялись — непонятно. Старожилов притесняют…

— Ага…

— Вот за границей все иначе. Посмотришь, как там у них заведено, и хоть плачь. Родовые владения, столетиями существующие, в полной сохранности. Никому в голову не приходит их сносить, даже будь им хоть триста лет — терпят, подновляют, заботятся. А архитектура какая! Сплошь мрамор, статуи, все с фантазией, с выдумкой.

— Э-эх…

— И я говорю. Не то, что у нас. Даже за океаном, уж на что относительно молодое государство, но тоже стараются. А коли массовая застройка — то все по линеечке, и газончик вокруг. Цивилизация!

— М-да…

— Да что я все о жилье. Жилищный вопрос — он у нас веками актуален. А вот возьми социальную часть существования, например. Культуру. Сколько у них там знаменитостей? Всемирно известных! Сколько фильмов снимают, сколько написано прекрасных книг. Своих героев чтут и уважают, не допускают забвения и распада, наоборот, всемерно способствуют росту популярности. А у нас что? Ну вот хоть кого-нибудь из наших назови, о ком хотя бы в сопредельных государствах слышали?

— Ну-у-у…

— То-то. Да о нас и соотечественники ничего толком не знают, интереса нет. Хоть бы в голову кому пришло, как это раньше бывало, проехать по деревням, поспрашивать, записать… Столько же историй поучительных, ведь забудут, забудут все! Нет же.

— М-м-м…

— А медицина? Это ведь ужас. За границей хоть ты весь переломайся — починят, заштопают, подкрасят и сам себя не узнаешь, не говоря уже о родственниках. У нас-то это разве что в мегаполисах, и то не всегда, и то кое-как. А у них — знаешь, какие традиции? Вековые! А уж если Египет взять, например — то и вовсе тысячелетние…

Молчаливый собеседник в очередной раз кивнул и внезапно заерзал, выразительно покосившись на небо. Светило почти закатилось и стало заметно темнее.

— Да, ты прав… Засиделись что-то мы, — спохватился болтливый, с кряхтением поднимаясь на ноги. — Скоро уж рассветет, пора восвояси…

Он посмотрел на раскинувшееся перед ними кладбище, освещенное последними лучами луны. Кое-где возвышались солидные, массивные гранитные плиты, но приятели направились к скромным крестам на окраине. Веяло сыростью и временами доносился плеск, возвещая близость реки.

— И, опять же, как это удобно — склеп, — продолжил по пути словоохотливый. — Дверцу открыл, дверцу закрыл, и иди себе куда угодно. А у нас-то все по старинке, как в каменном веке — прежде, чем вылезешь, умаешься копать… Тебе-то хорошо…

Его собеседник помахал рукой, разбежался и плюхнулся в воду. Оставшийся облокотился железную оградку, давно не крашенную и местами покосившуюся, повздыхал, и, наконец, не переставая что-то ворчать, спустился на колени и скрылся в траве.

© Анчутка — Дневники. Онлайн


Состояние Защиты DMCA.com

За море-океан 9

Глава 9.

Глядя на расстроенную девушку, речной хозяин уже бодрее уточнил:

— Но в вашей затее нет ничего невозможного. Основная проблема состоит в том, что, как правило, такие острова находятся в стороне от привычных капитанам путей, а корабли попадают к ним случайно, сбившись с курса или попав в бурю. Понимаешь? Если остров перемещается незначительно, то опытный навигатор сумеет проложить курс домой. А вот если за ночь они преодолеют огромное расстояние, или если навигатор неумел… Вот почему я бы не советовал вам искать потерянное, путешествуя на судне. Вы либо не преуспеете в своих попытках, либо повторите судьбу этого злополучного корабля.

Видя, что Водяной, заинтересовавшись предложенной ему задачей, преодолел свою апатию, Гуша рискнула спросить:

— А откуда ты посоветовал бы нам начать поиски?

Ее собеседник задумался.

— Начните с острова Буяна, — наконец ответил он. — Насколько мне известно, он находится на пересечении морских путей и большинство кораблей так или иначе на нем побывали. Я почти уверен, что там вы узнаете что-нибудь о судне, которое разыскиваете.

Водяной замолчал, рассеянно глядя на гостью. Алсу, неподвижно стоявшая рядом с Гушкой, повернула голову и показала глазами на выход, намекая, что аудиенция окончена. Девушка отступила от трона и в знак благодарности низко поклонилась.

Внезапно выражение лица Водяного изменилось. Владыка рек подскочил на троне и жадно уставился куда-то в район Гушиного декольте. Пораженная русалка ахнула. Девушка застыла в замешательстве, не понимая, гневаться ей следует или смущаться, но вдруг осознала, что хозяин дворца смотрит отнюдь не на нее. Цепочка с жемчужиной выскользнула из-за ворота и теперь колыхалась в воде, мягко сияя круглыми боками.

— Какая красота… — простонала Алсу, заламывая руки.

— Да, экземпляр крайне необычный, — пробормотал Водяной. — Позволишь ли, милая девушка, изучить его поближе?

Даже если б Гуша и возражала, это не сыграло бы никакой роли. Две пары рук решительно потянулись к цепочке, и оборотень осторожно сняла ожерелье.

— Удивительно, — прошептал владыка. — Сколько бы ни было жемчуга в моей коллекции, а подобного еще не наблюдал…

Гуша неопределенно пожала плечами. На ее взгляд, в тронном зале было много жемчужин крупней и красивей. Но глаза Водяного горели изумрудным огнем, а пальцы слегка дрожали, и девушке пришлось поверить, что он действительно изумлен.

— Это Жар-птичья жемчужина, — пояснила она тихо.

— О да, — воодушевленно подхватил Водяной. — Я много слышал об этих необыкновенных созданиях! Когда прекраснейших из птиц переполняют чувства, в Тридесятом лесу раздается их песня, и созревшая жемчужина, препятствующая звуку, выкатывается из клюва…

Гуша хмыкнула про себя. Уж кого-кого, а ее чувства от песен Жар-птиц переполняли до сих пор.

— Увы, водоемов эти изящные существа стараются избегать, — огорченно заключил Водяной, возвращая ожерелье хозяйке. — Мне ни разу не довелось их увидеть, а уж тем более — услышать…

В этом тебе повезло, подумала Гуша, и вдруг ее рука замерла в воде. Девушка посмотрела на жемчужину, потом на расстроенное лицо Водяного и неожиданно приняла решение.

— Владыка вод, в благодарность за твою помощь прими от меня этот скромный дар, — произнесла она и протянула Водяному цепочку.

Оторопевший хозяин рек, казалось, на время лишился дара речи. Спустя несколько секунд он бережно принял подарок и прижал кулак с жемчужиной к груди.

— Она станет величайшей драгоценностью в моей коллекции, обещаю тебе, — торжественно произнес он. — Но могу ли я отпустить тебя без ответного дара?

— Мне ничего не нужно, уверяю, — залепетала Гушка.

— Никогда не отказывайся, если не знаешь, что тебе предлагают, — лукаво сказал Водяной, и впервые за все это время улыбнулся. Затем он взял в руки пузырек Яги, откупорил пробку и бесцеремонно вытряхнул его содержимое. Тени корабля и людей закружились по залу и растаяли. Водяной поднес сосуд к губам и произнес несколько слов, которые Гуша не поняла.    Раздался свист и гул, и в следующий миг Водяной плотно заткнул горлышко. Девушка увидела, что пузырек пуст — противоестественным образом в нем не было даже воды, словно заклинание хозяина рек вытеснило все остальное. Водяной протянул зачарованную тару оборотню.

— А теперь слушай внимательно, зачем это нужно, — сказал он.

 

Алсу и Гушка пробирались сквозь мутные воды реки. На границе тронного зала оборотню пришлось вновь оставить человеческий облик — чары, позволявшие дышать под водой, дальше не действовали. Пузырек был повешен обратно на шею, и трансформировался вместе с остальной одеждой, так что за его сохранность можно было не беспокоиться.

Они вынырнули недалеко от берега, и Гушка сразу уловила легкий аромат дыма. Похоже, Серый вернулся на стоянку и ждет напарницу, подумала она. Лягушка спрыгнула с ладони провожатой и встала на ноги, отбросив за спину косу.

— Спасибо, — поблагодарила она русалку. — Без тебя я бы точно дворец не нашла…

— Это тебе спасибо, — возразила Алсу. — Таким радостным я шефа давно не видела.

— А что у вас произошло, кстати? — осторожно уточнила Гушка. — Почему Водяной так огорчен?

Глаза русалки злобно сузились, а лицо — заострилось.

— Идиоты в пяти верстах выше по течению устроили на берегу красильную мастерскую, — с трудом сдерживая ярость, процедила она. — Ну и сбросили в реку несколько пудов отходов…

Гуша потрясенно прижала к губам руки, а русалка продолжила:

— В воде было невозможно находиться, грязь, вонь… Мы-то ладно, а вот рыбы погибло много. С тех пор шеф сам не свой, заперся во дворце, на поверхность не выходит… Может, твой подарок его немного растормошит…

— И неужели та мастерская продолжает работать? — возмущенно воскликнула Гушка.

— Еще чего. Ее давно смыло. Набежавшею волной, — холодно пояснила Алсу и вздохнула. — Ладно, пора прощаться…

Она подошла ближе к берегу. Гуша последовала за ней. На траве у костра сидел Серый, приветливо помахавший им рукой. Рядом на чистой тряпице были разложены ломти хлеба и несколько кусков рыбы — оборотень не забыл про голодную напарницу.  Русалка махнула в ответ и развернулась, но ее остановил окрик Сергея:

— Эй, а что хоть в той бутылке-то было? Любопытно все же! Какая-нибудь нечисть?

— Всего лишь очень вкусное вино, — невозмутимо ответила Алсу. — Почти сто лет выдержка. Шеф большой ценитель.

Глядя на вытянувшиеся лица напарников, русалка расхохоталась и скрылась под водой.

(Продолжение следует…) Приятного чтения!

Иллюстрация — художник Борис Аджиев

© Анчутка — — — Дневники.Онлайн


Состояние Защиты DMCA.com

Стражи Тридесятого леса. Сказ 3. За море-океан 8

Глава 8.

Алсу уверенно плыла сквозь мутноватую воду, удаляясь от берега и погружаясь все глубже. Лягушка надежно пристроилась у нее на руках. Чем больше была глубина, тем чище и прохладней становилась река. В зверином обличье Гушка не мерзла, но понижение температуры чувствовала. Мимо них мелькали окуньки и плотвички. Изредка виднелась грозная тень щуки или сома. Оборотень поежилась, представив, что пробирается в этой незнакомой полутьме в одиночку. Гуша немного переживала, потому что Алсу пояснила ей, что в покоях Водяного придется воплотиться в человека — слишком много чести речному хозяину с какой-то лягушкой общаться. На возражения, что в таком облике она не сможет дышать, русалка лишь отмахнулась и отделалась лаконичным «У шефа все предусмотрено».

Наконец, показалось дно. Солнечный свет почти не достигал его, лишь немногие лучи, заблудившиеся в преломлении водных слоев, обозначали очертания предметов. Виднелись бурые широкие листы и зеленоватые нити придонных растений. Неподалеку лежала затонувшая коряга. Из-за нее высунулась длинноволосая голова, и Алсу успокаивающе помахала рукой — мол, свои. Развернувшись, русалка направилась левее, туда, где растения закрывали дно плотным ковром. Выпустив из рук лягушку, она раздвинула листья, показала — туда, и оборотень почти решила, что над ней издеваются, как вдруг ее проводница нырнула вертикально вниз и скрылась среди стеблей. Гушка в недоумении зависла в толще воды, но делать было нечего. Немного поколебавшись, она протиснулась вслед за русалкой.

Изображение исказилось в ее глазах, как бывает, когда смотришь на блестящий бок самовара. Окружающие ее растения сделались непропорционально огромными и сильно вытянулись вверх. Она словно очутилась в подводном лесу.

Осмотревшись, Гуша заметила улыбающуюся русалку. Алсу указывала рукой вверх, и, задрав насколько могла голову, оборотень увидела высоко над собой покачивающиеся в потоке необыкновенной величины листья и степенно проплывшее над ними чудовищное брюхо окуня.

«Мы же уменьшились!» — догадалась девушка. Хитроумный речной владыка действительно постарался, чтобы спрятать свое обиталище от посторонних глаз.

Русалка поманила ее за собой, и, обогнув толстые стебли, они увидели дворец Водяного.

Мириады пузырьков сияли опаловым блеском, отливали всеми оттенками зеленого, синего и фиолетового, сцеплялись в причудливые узоры, образовывали арки, башенки и переходы. В воде вокруг висели пушистые, словно мох, шары водорослей, извивались длинные языки закрученных вокруг собственной оси растений, тянулись вверх белоснежные и голубые трубочки неведомых цветов. Дно было вымощено перламутровыми створками раковин. Тут и там светились гроздья серебряных и золотистых пузырей, озаряя все вокруг мерцающим загадочным светом. Проплыв под высокой аркой, они оказались внутри образованного пузырьками просторного помещения. Здесь было много русалок в блестящих одеждах, с волосами, украшенными лилиями и кувшинками. Одна из них, с ласковой задумчивостью смотревшая перед собой, неспешно перебирала струны огромной арфы. Звук доносился до Гушиных ушей гулко, но был невыразимо приятным и щемяще-нежным. Оборотень задержалась было, чтобы послушать еще, но Алсу повелительно махнула рукой, призывая двигаться дальше. Перед ними была лестница, но Гушка в недоумении застыла на месте. Сооружение состояло из двух частей, разделенных светло-сиреневыми растениями, и два ряда ступенек скрывались под потоками воды, причем слева поток, как и положено, стекал вниз, а справа противоестественным образом устремлялся вверх. Алсу, видя колебания гостьи, нетерпеливо подхватила лягушку на руки и шагнула на нижнюю ступеньку. Струя воды подхватила их и повлекла за собой, и они плавно двинулись ко второму ярусу дворца.

Оказавшись наверху, оборотень осмотрелась. Здесь не было никого, кроме них. Впереди виднелось просторное помещение. Солнечный луч, проникший на глубину, прихотливо преломлялся в стенах и освещал самое сердце дворца — изукрашенный жемчугом тронный зал Водяного.

Вход в него преграждала тонкая завеса из мельчайших золотых капель. Алсу легко скользнула за нее, жестами показав, что пришло время перевоплощения. Гуша мысленно приготовилась к тому, что вот сейчас она начнет позорно задыхаться и вынуждена будет обратиться в бегство и трансформировалась, неуклюже вывалившись в зал сквозь золотистую преграду.

К ее удивлению, недостатка воздуха не ощущалось. Тем не менее, они по-прежнему находились под водой — короткие волосы Алсу развевались над ее головой, и Гуша неожиданно с удивлением заметила, что стрижка очень подходит к хрупкой фигуре и резким чертам лица русалки. Потом оборотень перевела взгляд в центр зала и увидела хозяина дворца.

Трон представлял из себя широкое уютное кресло. Вместо ножек у него было нечто, напоминающее изогнутые полозья санок. Благодаря своей необычной конструкции трон плавно покачивался в зеленоватой речной воде. Обивкой ему служили пушистые мягкие водоросли. Зал был усыпан причудливыми раковинами и жемчугом, но на кресле украшений не было никаких.

Водяной удобно расположился на нем, перекинув ногу через подлокотник. Взглянув на него, Гуша поразилась — со слов Яги она представляла хозяина дворца глубоким старцем, но сидевшему перед ней мужчине на вид было не больше пятидесяти. Владыка рек имел светло-зеленые волосы до плеч, длинный нос и острый подбородок. Узкий фиолетовый камзол ладно сидел на стройной моложавой фигуре. Лицо, однако, покрывала неопрятная щетина, а взгляд был тусклым и невеселым.

Алсу почтительно приблизилась к трону, вручила Водяному отобранную у рыбака бутылку и тихо произнесла несколько слов. Хозяин дворца немного оживился, небрежно поставил бутылку на столик, посмотрел на Гушу, и девушка поразилась изумрудному цвету его глаз.

— Ну что ж, посланница Яги, рассказывай, с чем пришла, — прокатился гулкий голос по залу.

Гуша поклонилась и попыталась подойти ближе, преодолевая сопротивление воды, но уже через пару шагов остановилась и покраснела, представив, насколько комично смотрится со стороны ее неуверенная походка. В конце концов, девушка решилась, оттолкнулась от пола и в два гребка оказалась рядом с троном. Двигаться так же изящно и легко, как Алсу, конечно, не получилось, но это все же было лучше, чем, пошатываясь, ковылять на полусогнутых ногах. Водяной невозмутимо наблюдал за посетительницей, но взгляд повеселел.

Остановившись рядом с русалкой, Гуша столкнулась с новым затруднением. Говорить под водой ей еще не приходилось и она понятия не имела, какой конфуз может случиться на этот раз. Собравшись с духом, девушка начала:

— Благодарю тебя, владыка вод, что согласился выслушать меня…

Голос прозвучал странно, как будто чужой, но слова были отчетливы и внятны. Оборотень приободрилась и уже уверенней продолжила:

—  Яга, твоя старая знакомая, шлет тебе привет и просит о помощи. Поиски пропавшего человека ведут нас на берег моря, а в водной стихии ты сведущ, как никто. Не объяснишь ли ты, что означает сия картина, которую нам с помощью чар удалось увидеть в зерцале родников?

С этими словами девушка вручила Водяному пузырек, полученный от Яги. Хозяин рек приподнялся и внимательно всмотрелся в тени, кружащиеся внутри. Русалка замерла рядом. Гушка помалкивала, исчерпав свой запас любезностей. В зале стало тихо.

Наконец Водяной оторвался от изучения флакона и с отсутствующим видом произнес:

— Это означает, что искомый человек оказался не в том месте и не в то время.

Еще несколько минут царило молчание, и девушка уже с разочарованием подумала, что это и есть тот совет, ради которого она спустилась под воду, но тут Водяной встряхнулся и посмотрел прямо на нее.

— Видишь ли, страж, на волнах и под водой существует много удивительных вещей. О некоторых мы знаем наверняка, о других можем только догадываться. Но я неоднократно слышал легенду о блуждающих островах.

Его собеседницы, заинтригованные, подались вперед, а Водяной продолжил рассказывать, снова погрузившись в задумчивость, как будто что-то вспоминая:

— Еще мой прадед, Переплут, рассказывал мне об этом чуде морских пучин. Сии острова обильны и плодородны, и, как правило, безлюдны, находясь в стороне от судоходных путей, хотя бывают населены людьми. В последнем случае обитатели их промышляют добычей рыбы и земледелием, но отнюдь не охотой и не скотоводством — животный мир островов беден, в отличие от растительного… Что же касается последнего, то на островах произрастают столь причудливые деревья, кустарники и травы, что их не встретишь более нигде в мире.

Островитяне живут там, оградив себя от прочих людей бурной морской стихией, сами привычные к ней и не представляющие без нее своего существования. Они не замечают перемен в череде дней — для них существует лишь остров и шумящие вокруг него волны… Но горе тому кораблю, который, сбившись с курса, причалит к этим гостеприимным берегам. Ему не грозят свирепые хищники, а жители острова встретят команду радушно и почтительно. Однако вскоре капитан заметит, что местные ветры ему незнакомы, и течения изменили свой ход, и самое небо над головой — чужое ему.

Водяной замолчал, и Гуша поняла, что слушала рассказ, затаив дыхание.

— Острова беспрестанно перемещаются в пространстве бушующих вод, когда-то лишь незначительно отклоняясь от своего прежнего местоположения, а в иные дни преодолевая за короткое время огромные расстояния. Они — благо для мореходов, заблудившихся среди волн, и одновременно — их проклятие.

— И неужели никто никогда оттуда не возвращался? — потрясенно прошептала Гуша.

Водяной серьезно ответил:

— Крайне редко.

(Продолжение следует…) Приятного чтения!

Иллюстрация — художник Борис Аджиев

© Анчутка — — — Дневники.Онлайн


Состояние Защиты DMCA.com